Не Перечь Своему Сердцу

Наконец, обретя голос, который, однако, прозвучал испуганно даже в её собственных ушах, она заговорила:

— Я… То-я? — Её зрачки расширились, когда его лицо попало в поле зрения, и их взгляды встретились. Киоко не хотела делать шаг назад, но сделала его инстинктивно. Когда она заметила, как он напрягся при её отступлении, она набралась смелости противостоять ему. Киоко осторожно сделала шаг вперёд, чтобы дать ему понять, что не боится его.

Тоя молча наблюдал за ней, чувствуя её страх. Когда она отшатнулась от него, он рассердился и ощутил, как его кровь начинает закипать.

Он ждал её дальнейших действий и успокоился только тогда, когда она вновь приблизилась к нему, ликвидировав созданную ей же дистанцию. Он не хотел, чтобы она боялась его.

— Киоко, — его голос звучал строго, но спокойно, — ты знаешь, что я никогда не причинил бы тебе вреда. — Его руки сжались в кулаки. — Я знаю, что ты это знаешь. — Его голос стал более властным.

Киоко прикусила нижнюю губу, услышав напряжение в его голосе. Да, она знала, что он не причинит ей вреда умышленно.

.. но она также помнила и то, что Хякухэй каким-то образом заколдовал кровь Тои, и это сделало его крайне опасным в гневе. Сделав глубокий вдох, она начала медленно подходить к нему.

— Где ты был?

Тоя услышал беспокойство в её голосе, и его глаза широко распахнулись от удивления. Она переживает за него? Он думал, что она не будет испытывать к нему ничего кроме ненависти после того, что он сделал. Он изводил себя одной этой мыслью.

— Как там… Шинбей? — Он стиснул зубы от упоминания этого имени.

Киоко нахмурилась

— Жить будет. Но ему придётся подождать, прежде чем возвращаться обратно. У меня даже не было возможности расспросить его о случившемся, так почему бы тебе не рассказать? — Её голос на мгновение сбился, а потом она прошептала: — Зуки и остальные думали, что он мёртв, — её голос повысился и стал обвинительным. — Ты ведь мог бы хотя бы сказать, где он.

Она смотрела мимо него на статую Девы, избегая его взгляда.

Сейчас его страдающий взор был ей невыносим.

Тою бросало то в жар, то в холод. Само это чувство тревожило его. Он мог думать только о том, как она будет ненавидеть его, и не мог с этим смириться. Сама мысль о том, что она провела время наедине с Шинбеем в своём мире, также не давала ему покоя. Особенно после того, что сказал его брат. Это было то же самое, что и угрожать ей.

Киоко наблюдала за переливами эмоций в его золотых глазах, теперь затуманенных мыслями.