Не Перечь Своему Сердцу

— Что? Ему нельзя оставаться в твоём времени! — Она сразу же опустила глаза, вновь почувствовав себя странно. Откуда в ней проснулась такая ревность?

Сеннин положил ладонь на плечо Зуки.

— Успокойся. Ему нельзя возвращаться сюда, если его раны ещё не зажили.

Зуки вздохнула.

— Но это слишком долго. Мы и здесь сможем о нём позаботиться. — Её не устраивал тот факт, что группа разделилась.

Сеннин усмехнулся.

— Ага, но чтобы попасть сюда, ему нужно пройти через Сердце Времён, а с незажившими ранами он может этого не пережить.

Киоко поднялась.

— Мне очень не хочется уходить, но я пришла сюда только для того, чтобы сказать, что с ним всё хорошо. Мне лучше вернуться, пока дедушка и Тама не свели его с ума. — Она подняла свой рюкзак и неловко улыбнулась вошедшему в хижину Камуи, когда их взгляды пересеклись.

Камуи не сдержался, притянул к себе Киоко и крепко обнял её. Его настроение значительно улучшилось, когда он узнал, что Тоя не смог сильно покалечить Шинбея. Когда Киоко не вернулась, он начал думать о худшем.

— Я пока присмотрю за ними с этой стороны, а ты возвращай нашего Шинбея, — он улыбнулся с любовью в своих разноцветных глазах. Он хотел дать ей понять, что не сердится на неё, как Зуки.

Киоко улыбнулась и вручила ему коробку шоколада.

— Только смотри сразу всё не ешь, а то живот заболит. — Она провела рукой по шелковистым фиолетовым прядям в его волосах и обняла его в ответ. Она была благодарна за то, что хотя бы один из них не держал зла на неё.

Она прошептала ему в ухо, чтобы Зуки не слышала:

— Если Тоя вернётся, передай ему, что мне нужно с ним увидеться.

Камуи кивнул.

Зуки сидела спиной к Киоко.

— Передай Шинбею, пусть поправляется поскорее, — она шмыгнула носом, и Киоко почувствовала себя виноватой. Отпустив Камуи, она оставила принесённые с собой гостинцы у двери, не желая больше беспокоить Зуки. Она знала, что та потом всё сама найдёт. Она попрощалась и в одиночестве пошла к святилищу, пытаясь понять, где сейчас Тоя.

*****

По ту сторону портала времён Шинбей лежал в кровати с закрытыми глазами, пытаясь утопить бессмысленную болтовню деда в своих собственных мыслях. «Когда же Киоко вернётся ко мне на помощь?» — Он рассмеялся про себя, как сумасшедший. Да, только она могла сейчас спасти его.

Даже с учётом полученных ран он не переставал думать о ней. Это, должно быть, его расплата за грехи.