Объект ликвидации

– Его плотно ведут Банкет, Москит и Дрон, – заверил Антон. – Кроме этого, Линев подключил нескольких своих сотрудников. Взаимодействие организовали, в лицо люди друг друга знают.

– Что с жучком? – генерал прищурился и посмотрел в сторону уже давно опустившегося за горизонт солнца.

– Лаврененко в госпитале, поэтому задачи оперативно-технического наблюдения выполняет Котов.

– Справится? – Генерал передал винтовку подошедшему прапорщику и не спеша направился по дорожке в направлении учебного центра.

– Конечно, – заверил Антон.

– Там у меня на столе сводка интересная лежит, пойди ознакомься, потом выскажи свое мнение. Я специально не стал запирать ее в сейф.

Антон направился в управление. По сути, кабинет, который использовал в данный момент генерал, принадлежал ему. Апартаменты Родимова находились в главной резиденции ГРУ на Хорошевском шоссе. Но генерал не любил там работать. Особенно когда возникали ситуации, требующие интеллектуального штурма. Поэтому периодически Антону приходилось уступать свое рабочее место шефу.

На столе перевернутым вниз текстом лежал листок. Антон включил настольную лампу, сел в кресло и взял бумагу. Пробежал по тексту взглядом. Вроде ничего необычного. Даже нет намека на то, что описываемое событие имеет отношение к делу, которым они сейчас занялись.

Какой-то репортер на автостоянке перед своим офисом сел в автомобиль «Ниссан», после чего проследовал в район Серпуховского Вала, обогнал автобус под номером сорок семь, развернулся, выехав на встречную полосу, и совершил с ним лобовое столкновение.

С виду попытка обыкновенного суицида. Антон прочитал более внимательно. Особенно ту часть, которая касалась виновника аварии. Две недели назад вернулся из командировки. Выполнял редакционное задание в Приштине. Был похищен неизвестными. Четверо суток находился в розыске, однако по истечении этого времени был возвращен. Ничего вразумительного по поводу своего отсутствия сказать не мог. При первичном осмотре врачом было отмечено подавленное состояние, на сгибах рук имелись следы уколов.

Тут же было допечатано объяснение свидетеля, который видел оператора последним. С его слов, коллега не выглядел подавленным. Торопился домой, однако после поступившего звонка он изменился в лице, проигнорировал вопрос по поводу завтрашнего дня и уехал.