Неизбежное зло

Квинтэссенция индуистского мировоззрения.

– Может, надо было намекнуть на это лорду Таггерту, – посетовал я. – Спас бы нас от разноса.

– Я серьезно. И судьба как будто следовала за ним от Самбалпура до Калькутты.

Насчет судьбы я был не в курсе, но согласился, что есть вероятность, что нападавший прибыл сюда следом за принцем. Пригубив виски, я спросил:

– Как ты думаешь, откуда убийца узнал, где именно нанести удар?

– Что вы имеете в виду, сэр?

– Откуда он узнал, что мы поедем через Майдан? Ну, то есть, мы ведь вовсе не собирались так ехать.

Внезапно оживившись, Несокрушим повернулся ко мне:

– Не думаете же вы… – Он умолк на полуслове.

– Что полковник Арора был частью плана?

– Именно он выбирал маршрут. Он мог подсказать нападавшему.

– Не думаю, – покачал я головой. – Судя по звуку удара, который нанес ему преступник, полковнику вообще повезло, что остался в живых.

– Тогда откуда же он узнал, что мы поедем по Майо-роуд? – недоумевал Несокрушим.

– Возможно, было несколько террористов, на всех маршрутах, – предположил я. – У них принято так действовать.

Прежде чем я успел предложить еще несколько версий, раздался стук в дверь. Сандеш, наш слуга, прошлепал по коридору. Входная дверь открылась, и в животе у меня екнуло, когда я узнал голос посетителя. Прошло много времени с тех пор, как я слышал его в последний раз, и тогда между нами все было, мягко говоря, сложно, но даже сейчас этот голос подействовал на мои синапсы, как электрический разряд.

Я отставил виски, глубоко вдохнул и вошел в гостиную как раз в тот момент, когда Сандеш вводил туда нашу гостью.

На ней было узкое черное шелковое платье и чокер с бриллиантом, и для меня она была самой прекрасной драгоценностью Бенгалии.

– Мисс Грант, – приветствовал я. – Какой приятный сюрприз.

Я и правда так думал.

Мы познакомились, когда я расследовал смерть ее бывшего работодателя. Некоторое время были близки. Пока из-за небольшого недоразумения все не пошло под откос. Впрочем, я не осуждал ее: полагаю, любая женщина порвала бы с мужчиной, который обвинил ее в соучастии в убийстве. Разумеется, я попытался объяснить, что формально не обвиняю ее ни в чем, но трудно возродить романтические отношения, прибегая к формальностям.