Оборотень следов не оставляет

Банкет остановился возле приоткрытых ворот хранилища машин и заглушил двигатель.

– Пошли, – Антон выбрался наружу.

В хранилище было сумрачно. Пахло маслом и бензином. Они миновали с десяток «уазиков» и оказались в небольшом подсобном помещении. Часть его была занята сложенными в штабеля колесами и ящиками с разным хламом. У стены напротив, под лампой дневного света, сидел на корточках Вишняков. Руки его были пристегнуты наручниками к закрепленным на верстаке тискам. На голове – пластиковый пакет черного цвета.

– Сиди, не дергайся! – пригрозил Стропа и стукнул Вишнякова ладонью по темени.

– Старший лейтенант Вишняков Сергей Иванович, – почти по складам прочитал Джин. – Значит, ты офицер?

– А что, там не написано? – вопросом на вопрос ответил Вишняков.

– Нет, – хмыкнул Джин. – Только то, что старший лейтенант.

– Да, – протянул Вишняков. – Медицина бессильна.

– При чем тут медицина? – продолжал дурачиться Джин.

– Понимай, как знаешь, – обреченно проговорил Вишняков и отвернулся.

– Это он хочет нам сказать, что мы глупый, – специально с акцентом проговорил Стропа. – Давай его убивать? Зачем время тратить на пустой разговор? Он нам помешал дела делать, а мы с ним чикаемся.

– Ты зачем за девушку заступился? – спросил Джин. – Знакомая твой?

– Нет, – покачал головой Вишняков, отчего пакет снова зашелестел.

– А ты знаешь, что ее папа нам деньги должен?

– Не знаю и знать не хочу, – фыркнул Вишняков. – А вообще с папой и разговаривайте.

– Мы теперь твою голову отрежем и ему бросать на балкон будем, – пообещал Стропа. – Раз такой смелый.

– А при чем тут я? – Голос Вишнякова стал выдавать сильное волнение. Еще бы – редко когда обещают так просто убить, да к тому же таким способом.

– Слушай, погоди резать его, – вступил в разговор Шаман.

– Будешь нам помогать? – Джин наклонился к Вишнякову.

– Что? Женщин ловить? – с сарказмом спросил Вишняков. – Нет, не буду. Я со слабыми не воюю.

– А с сильными? – Джин ударил его ногой по щиколотке. – Может, ты был у меня на родине?

– Воевал против наш народ, а?! – Стропа поднялся с ящика и присел перед Вишняковым на корточки. – Почему молчишь?

– Потому что трус! – резюмировал Джин.