Сильнее Бога. Путь вниз

Сказал:

– Теперь вы можете отправляться в путь.

И подойдя ближе ко мне, совсем тихо, так, чтобы услышал только я, добавил:

– Верни нам камни, Андрей. А я верну тебе твоего отца.

Я сглотнул подступающий к горлу ком, кивнул.

– Хорошо, верну.

Читающий на мою просьбу составил тщательный маршрут, ведущий к Первому Порталу. Заодно вкратце рассказал о том, как запустить его.

Ты почувствуешь, едва подойдешь к Порталу. Через него проходят канал и трещины, являющиеся путями Силы.

Все это было туманно и не понятно. Ну да ладно, там разберемся.

В голове у меня складывался достаточно простой и не пыльный план. Спустимся вниз, в это их Царство Мертвых, выкрадем камни – и обратно на всех порах. Без шуму и пыли. И никаких драк и потасовок.

– Ребята, пошли в путь! – крикнул я стоящим.

Бойцы вопросительно уставились на меня.

– Что? – растерянно произнес я.

– Пешком? – прогундосил Колгехас.

– Ну да, – ответил я.

Машин я что-то тут не видел.

– Так ведь повозка есть, – подсказал хладнокров и указал на стоящую позади толпы запряженную телегу.

– Повозка? Это хорошо. Тогда поехали на ней!

Из города мы выехали через полчаса. Пока рассаживались, пока определяли, кому управлять лошадьми, потеряли много времени. В итоге за управление повозкой села Элиса.

Ехали молча, в такой неловкой тишине, что я лихорадочно соображал какую бы закинуть тему, чтобы не сидеть тут как на вечеринке пожилых эксгибиционистов – ощущая себя не в своей тарелке.

– А что, ребята, погода нынче не очень? – произнес я, надеясь что разговор пойдет.

– Верно, не очень, гадючье молоко ей в дышло! – хмуро пробурчал Грум, поглядывая на угрюмое серое небо, затянутое свинцовыми тучами. – Колдуют просто некоторые, вот и портиться погодка.

– Это ты на что намекаешь про некоторых? – прошипел Лавей.

– На то и намекаю, змея ушастая, – огрызнулся тот.

– Больно много ты разбираешься в магии, сын выгребной ямы, чтобы критиковать!

– Разбираюсь!

– В мертвечине ты разбираешься! А небо не делится на чужое и мое – оно общее! – с жаром воскликнул окультус.

– Потому и говорим второй год на Совете о разделении неба.