Пожиратели миров. Излом

На первый раз, – последнюю фразу Жюль произнес с нажимом.

– Прошу прощения, если чем-то обидел, – поспешил извиниться я. – Мне надо найти моих друзей.

– Так ты не один?! – удивился Жюль.

Гиены тоже будто бы округлили глаза и издали протяжный низкий стон.

– Не один. То есть сейчас один, я ищу как раз своих друзей, они, я так думаю, где-то здесь должны быть. А кстати, где я?

Жюль пристально посмотрел на меня, словно пытаясь понять – говорю ли я правду? Потом раскинул руки в разные стороны и торжественно объявил:

– Добро пожаловать в мертвый мир, где поселилась смерть! Все здесь носит печать тлена, а что еще шевелится – непременно скоро умрет.

3

– Что еще за Излом такой? – спросил я, абсолютно не понимая, о чем идет речь. – Ваша база так называется?

Была определенная догадка, что этот самый Жюль свихнулся и теперь вещает мне свои галлюцинации. Таких чуваков я повидал в большом количестве – не многие смогли пережить без последствий для психики вторжение инопланетных захватчиков.

– База? – переспросил собеседник. Мне показалось, что парню это словно не знакомо. – Пусть будет так, – и он начал повторять, словно ребенок, узнавший что-то новое: – База, база, база. База. База-база.

– Так ты не видел моих друзей – парня, такого же возраста как я и пацана?

– Три чужака – вот так дела творятся в Изломе! – присвистнул Жюль, глядя на меня бесноватым взглядом.

Разговор явно не клеился.

Я решил, как можно скорее распрощаться с местным дурачком и отправится на поиски Купороса и Алешки. К чему так бессмысленно терять время если можно использовать его гораздо полезнее? Например, начать поиски.

– Ладно, Жюль, – произнес я, косясь на гиен – те явно нервничали, поглядывая куда-то в сторону. – Приятно было познакомиться. Но пора и честь знать.

– Куда пойдешь? – удивился Жюль. – Ведь скоро ночь.

Я глянул на небо. Солнце было высоко и не было даже намека на наступление тьмы. Похоже у парня окончательно съехала «крыша».

– Ничего страшного, управлюсь до темноты, – ответил я.

– Нет, Кос-тя, – нараспев произнес Жюль, начав трепать одну из гиен за ухом. Тварь довольно заурчала. – Нельзя. Разве ты не видишь?

– Не вижу – что? – не понял я.

– Дети ночи волнуются.