Игры чудовищ

Я стоял достаточно далеко и не мог разобрать слов, которыми они друг друга поносят. Но мне было достаточно видеть, кто из игроков имеет больше шансов на победу. Не знаю, так ли сильно бросалось в глаза то, что один из них был левша. Значительно меньше ростом, чем его противник, и намного подвижней. Левша пренебрег щитом, вместо этого он, так же как и я, использовал закованный в броню левый рукав с небольшим круглым диском, намертво закрепленным на локте.

Рядом со мной появился горбун, метрдотель, который провел меня через зал к столику.

– Ставлю сотню на коротышку!

Еще не успевший надеть шлем противник левши криво ухмыльнулся и стал одеваться чуть медленнее.

Ставка горбуна в некоторой степени подтвердила и мой выбор. Но участвовать в тотализаторе я не стал. По толпе зевак тут же прокатилась волна легкого перезвона монет и шелест отрывистых фраз. Зрители, спровоцированные горбуном, делали ставки. Дуэлянты словно ждали, когда все угомонятся и будут полны внимания к их битве.

Атаку начал долговязый. Он водил мечом из стороны в сторону, двигаясь по короткой дуге влево от противника. Видимо, ему было известно, что тот левша, и он не сбрасывал со счетов его сильные стороны. Коротышка повел плечами, подпрыгнул на месте, как бы провоцируя своего противника на необдуманные и поспешные выпады. Но долговязый оказался терпеливей.

Стройная блондинка лет шестнадцати была оттеснена с поля битвы своими друзьями и нервно наблюдала за ходом событий.

Коротышка сделал первый выпад, ловко перебросив меч из правой руки в левую. Он продемонстрировал свое преимущество, выкладывая очередной козырь. Не удивлюсь, если узнаю, что именно он был зачинщиком драки. Хотя какое это теперь имеет значение.

Долговязый уклонился в сторону. Быстро ударил в ответ, но безрезультатно. Могу себе представить их осторожность и напряжение. Когда у меня перед глазами впервые оказался противник с настоящим боевым оружием в руках, я испугался. Это была не шуточная заварушка, а противоборство двух клинков. Тогда мне хватило духу, чтобы устоять перед лицом опасности, но были и такие, что сдавались без боя.

В данном случае подобного быть не могло.