Черно-белая пленка

Элис была настроена решительно, но что-то ее все равно останавливало, несколько раз она уже готова была выйти в подъезд и помочь женщине, но страх оказывался сильнее раз за разом. В это время я решил позвать еще нескольких ребят, чтобы разобраться в этой ситуации. Понимая, что счет идет на секунды, учитывая, что прямо сейчас, пока девочки собирают остатки салата с ворсинок ковра, той женщины уже может не быть в живых. Именно поэтому, я сразу же выбрал двух девочек, которые сидели на диване и вдумчиво обсуждали сериал «Друзья».

Первой меня заметила Иви и, расплывшись в улыбке стала приветствовать меня, но явно позабыла как меня зовут, что было заметно, по ее растерянному взгляду и слишком продолжительному смеху. У Иви были вьющиеся волосы до плеч, цвет которых мне по какой-то причине не удается разглядеть и по сей день. Порой они казались мне русыми, иногда отдавали каштановыми, в общем это было тайной для меня, что создавало вокруг Иви некоторую загадочность. Помимо этого, она очень часто подкалывает всех вокруг, зачастую трудно уловить ту грань, когда она шутит, а когда говорит серьезно, но мне это всегда нравилось. Вторая девушка, которая сидела рядом с ней – Селия, без труда вспомнила мое имя и шепотом напомнила его девушке рядом, после чего они обе принялись заливаться смехом. Оглянувшись по сторонам, среди шумной толпы, я понял, что кроме них, никто не в состоянии оказать помощь и за руки повел за собой Иви и Селию, они не стали противиться и воспринимали все как игру. Элис суетливо обувалась в коридоре и, в привычной ей манере, поторапливала меня. Никто из девушек не проронил ни слова, пока мы спускались на нужный этаж, былое веселье покинуло лица Иви и Селии, словно они понимали, что дело – плохо. Добравшись до нужного этажа, меня не покидало чувство тревоги, словно сейчас случится что то неладное. Нас, стоящих на общем балконе и этаж, где прямо сейчас может происходить что-то ужасное, разделяла лишь старая металлическая дверь, с потрескавшимся стеклом в ее середине. Обернувшись на подруг, я медленно стал открывать дверь, что сопровождалось невероятно громким скрипом, эхо от которого разнеслось по всему подъезду. В голове мелькнула мысль: «Этот звук даже мертвого разбудит», но очень не хотелось ради этого открывать дверь снова. За ней оказалась темнота, разрушаемая светом с общего балкона и тусклым фонариком на телефоне Селии, который она тотчас успела включить. Еще раз окинув взглядом девушек, в их глазах читалось: «Ты иди, а мы постоим здесь».