Суккуба – дитя тьмы, плод похоти

– Тернии тебя побери! И ты туда же, Калигмор?! – парень вскинул руки и закатил глаза. – Сегодня мне каждый решил замечание сделать? Если что, не от меня зависит, когда наступит момент обращения! – с этими словами парень демонстративно достал из кармана свои часы.

– Тише, Пернатый. Прости если задел тебя. Я иногда забываю, как сложно составлять точные ежедневные прогнозы, рассчитывая очередной момент своего, кхм, перевоплощения. Ещё и этот дождь! Наверняка он застал тебя врасплох, а ты так ненавидишь холод. Подойди ко мне, – приказал добрый, но, тем не менее, властный голос.

Перевертыш молча направился к каменному трону, который стоял ко входу спинкой, такой высокой, что из-за неё не было видно чернокнижника. Напротив трона был камин, огонь в котором жадно пожирал небольшие поленья.

– Присаживайся, – сделал пригласительный жест чернокнижник, – согрейся, просохни. С тех пор, как мы познакомились, прошло не так много лет, Найтмер. Но твой характер нисколько не изменился.

– Помню, – парень расположился в кресле.

 – Из-за своего отвращения к людям, ты чуть не убил меня!

– Ну знаешь, если проснувшись, обнаруживаешь голого парня перед своей кроватью… Это как-то ненормально, понимаешь?

– Это же был первый раз, когда я узнал о своем проклятье!

– Способности.

– Проклятье.

Повисла тишина. Найтмер грелся около камина. Когда одежда Ворона, которая ему была явно велика, высохла, он начал доклад, повернувшись лицом к Калигмору.

Старший брат слушал внимательно, не перебивая. Когда Пернатый закончил отчет о ситуации в Тёмной Башне, демонолог налил себе немного вина и заговорил:

– Если книга нашла его, то Вэлдрин была права – этот год настал.

Я знал, что фальшивый ритуал ничего не изменит: он лишь оттягивал неизбежное. Но попытка – не пытка, как говорил мой придворный палач.

– И что с ним стало? – озабоченно спросил перевёртыш.

– Запытали до смерти.

После непродолжительной паузы гость вновь спросил:

– Вам ни капельки не жалко своего брата?

– Понимаешь, Найтмер, если по существу: я дал ему то, чего он хотел.

То есть я, такой хороший, доверил брату Башню, пока сам удалился по делам в Южную провинцию. Кстати, у меня тут действительно большие дела, о которых тебе пока рано знать. А вот если смотреть в корень, то я подставляю своего братика, набрасывая красную тряпку на него и выпуская быка.

– Поправочка, быка выпускаете не вы. Он сам выпустит его.

Калигмор вздохнул, видно, что подобное решение ему далось нелегко.