Князь из десантуры

И даже в заветном карманном календарике Ярилов с утра не стал зачеркивать крестиком очередной день, приближающий к дембелю. Там, в Питере, его никто не ждал.

Хотелось уткнуться в дедушкину старую клетчатую рубашку. Почувствовать знакомый с детства особенный запах воска, старых книг и сердечных капель.

Мязин понял, что приятель нуждается в поддержке. Нарочито бодро сказал:

– Ну, друзья же остались, девчонки. Дембельнёшься – и всё будет путём.

– Да какие друзья, – махнул рукой Димка, – так, приятели из университета.

– Восстановишься, – беспечно сказал сержант. – Вам, питерским, прёт с рождения. А ты тем более рыжий. Рыжие – они везучие. Кстати, что за татуха? Покажи.

Дима расстегнул куртку. Слева, над сердцем, пылал солнечный диск, внутри которого приготовилась к нападению кобра. Мастер смог передать в татуировке напряжение змеиного тела, холодный огонь в глазах пресмыкающегося… Сбоку столбиком были набиты незнакомые, странные буквы.

– Зачётная татуха, – заметил Мязин, – надпись по-китайски?

– Нет, – ответил Ярилов, застёгиваясь, – кажется, по-тибетски. Что-то про войну со временем, которое пожирает солнце и человеческие жизни. Не помню точно. А мастер этот потом пропал куда-то, не переспросить…

– Ладно, – Мязин затушил окурок, поднялся на ноги. – Пойдём, а то лейтенант Дыров там обыскался уже нас, наверное. А в посёлок спокойно сбегаешь, не будут они никого ловить.

* * *

«Уазик» ротного лихо притормозил, подняв тучу пыли. Капитан Асс и лейтенант Дыров выбрались из раскалённого нутра, поднялись на крыльцо кафе «Лебёдушка» – центра культурной жизни шахтёрского посёлка.

– Это ты, Коля, правильно придумал, – взводный Дыров продолжил начатый ещё в машине разговор, – засаду здесь, в кафе, устроить. Если наши раздолбаи попрутся в посёлок на гулянку, то точно мимо не пройдут.

– А то, – заметил Асс, – у меня же стратегическое мышление.

– Почему? – удивился Дыров.

– Завидует, – рассмеялся Асс.

Внутри пустого, замызганного помещения было чуть прохладнее, чем на улице. Пока Дыров рассматривал написанное от руки меню, Асс пытал буфетчицу в бывшем белом халате, подозрительными пятнами навевавшем размышления то ли о забойном цехе мясокомбината, то ли о кабинете стоматолога-садиста.