Спасти космонавта

Словом, покумекай, набросай программу своих действий, утверди у меня. Не забудь, что в трёх экземплярах.

– Ага, понял. А ещё два экземпляра кому? – почему-то шепотом спросил гость.

– Туда. – Старик потыкал пальцем в потолок. – И туда, – показал им же в пол.

Чойренец охнул и почувствовал, как ужас ледяным скорпионом карабкается по позвоночнику.

* * *

От штаба до центра Улан-Батора Марат добирался на рейсовом автобусе. Аборигены доставили массу разнообразных впечатлений, пугая специфическими запахами и оглушительно громкой речью с непередаваемыми горловыми звукосочетаниями типа «грх» и «жгрд».

Удивляла и странная привычка скапливаться многоголовым клубком в одном углу транспортного средства, чтобы на остановках выдираться из него с гоготом и криками. И в последний момент вываливаться на улицу, обдирая локти и колени о захлопывающиеся створки дверей.

Зато налицо было преимущество принятых у местных халатов перед пиджаками и плащами – пуговицы в такой давке не обрывались по причине их банального отсутствия.

Тагиров с облегчением вырвался из автобуса на остановке «Площадь Сухэ-Батора» и огляделся.

Ветер гнал по каменным плитам просторной площади разнокалиберный мусор. Мавзолей из серого и красного мрамора был копией того, что стоит в Москве. Лейтенант сориентировался и двинул к центральному универмагу «Дэлгур».

Походил по полупустым этажам, присмотрел сувениры – глиняные, ярко раскрашенные маски кривляющихся злобных буддистских духов. Решил, что обязательно купит младшей сестренке кожаную куртку, когда поедет в отпуск, – в Союзе таких не достать.

И погрустнел – до первого отпуска было ещё неимоверно далеко…

Погулял по городу, случайно набрёл на большой книжный магазин. Зашел внутрь и остолбенел, раскрыв рот и даже не пытаясь собрать в кучу разбежавшиеся глаза…

Милый читатель, счастливый житель третьего тысячелетия! Способен ли ты себе представить, какой жуткий печатный голод царил в Советском Союзе? Можешь ли ты вообразить, что мы переплачивали книжным спекулянтам и в пять, и в пятьдесят раз? Как мы рыскали по букинистическим магазинам! Как мы всей страной собирали макулатуру – вплоть до использованных трамвайных билетов и серой оберточной бумаги из-под развесной селедки! Чтобы потом, протащив в руках через полгорода тяжеленные пачки и отстояв неимоверную очередь, обменять вторсырьё на заветные разноцветные талончики, по которым потом можно было купить в магазине чудесные, желанные книги.