Орли, сын Орлика

Тем более, в нетрадиционной для себя сфере. Но если не сделаю этого, потом всю жизнь себе не прощу, что упустил такой замечательный шанс: бросить собственные пять копеек в копилку, которую наполняли до меня и будут наполнять и в дальнейшем.

Я уже давно собираю «досье» на весьма интересную историческую персону: французского маршала лагеря и генерал-поручика Григора Орли. Ведь он не кто иной, как «посол казацкой нации» Григорий Орлик (1702–1759) – сын автора первой украинской Конституции, гетмана в изгнании Пилипа Орлика (1672–1742).

Глава 1. Один – тоже воин!

Начало января 1759 г. от Р. Х.,

Франкфурт-на-Майне, ул. Олений Брод,

ставка военного губернатора французов графа

Теа де Тораса де Прованса

Война – это война, а обед – это обед. Мудро сказано, честное слово! Ведь если солдат хорошо накормлен, ему и воевать легче…

Тем более, должно быть сытым армейское командование. Скорее даже наоборот: пусть лучше солдаты будут голодными (поскольку чем голоднее солдат, тем он злее), а вот если генеральские желудки поссыхались от голода, тогда войну можно считать целиком и полностью проигранной.

Приблизительно такую теорию развивал в ожидании десерта принц Субиз; другие присутствующие снисходительно улыбались и кивали головами. А главнокомандующий маршал де Брольи время от времени прерывал речь принца разными остротами. Короче, в столовой царило праздничное расположение духа. Оно и неудивительно: Рождество и Новый год французы встречали победителями, особых хлопот прусские вояки им пока что не доставляли… В общем, все хорошо!

Как вдруг обеденную идиллию нарушил шум из-за закрытых дверей.

– Что случилось, граф?..

Как и прежде, на устах де Брольи сияла довольная улыбка, но в голосе маршала звенели нотки беспокойства: ведь они все-таки находятся на чужой, захваченной ими, земле…

Итак, все возможно.

– Не знаю, но… – только и сказал де Прованс. Честно говоря, ответ был несколько нелепым как для военного губернатора: ведь хозяин не только этого дома, но и всего Франкфурта просто обязан был знать!.

Левая бровь де Брольи недовольно выгнулась, но в этот миг двери столовой отворились и на пороге вырос адъютант принца Камилла Лотарингского – усатый верзила, державший за шиворот прилично одетого худого десятилетнего мальчугана. Позади в коридоре громко визжали немка-хозяйка и ее служанка, в ответ им грозно басили французские солдаты.