Чёрный ронин. Часть 2

Не было никаких сомнений что это тот самый императорский галеон, с которого как рассказывал капитан спасся обезумевший матрос. А раз так, значит должно было быть и золото.

– Джун! – позвал капитан боцмана. – Ложитесь в дрейф и велите спустить на воду шлюпки.

Паруса «Аматэрасу» быстро были обрасоплены таким образом, что она оставалось почти неподвижной в близи от этого судна. Шлюпки уже покачивались на волнах. Суманули сопровождал с десяток матросов. Они уже хотели взяться за вёсла как вдруг, с палубы к ним резко спрыгнул ещё один человек.

– Какого чёрта! – негодовал капитан. – Что ты здесь забыл?

– Решил немного развеяться, – насмешливо ответил ронин и присел, напротив.

Капитан был явно не в восторге от такой кампании, но спорить с этим человеком было себе дороже. Он дал отмашку гребцам, и они наконец поплыли к галеону.

– Здесь никого нет, – сказал один из матросов, когда они все залезли на палубу. – Ни одной живой души…

– Да плевать мне на людей, – проворчал капитан.

Матросы тотчас принялись открывать люки и залезать в трюмы. Кай же тем временем остался на палубе, не спеша прогуливаясь вдоль борта он сухо изучал корабль на состояние ущерба. Но никаких видимых повреждений, всё было исправно и работало как часы. Это всё навевало тревожные мысли, но его размышления резко перебили возгласы из трюма.

– Мы нашли! Нашли капитан!

Пройдя в переднюю часть трюма, капитан оттолкнул столпившихся там матросов и увидел огромный, размером со шкаф, сундук.

– Сколько же их здесь?.. – завороженно пробормотал один из матросов.

– Сотни, а быть может и тысяча, – предположил другой.

– Да, все усилия того стоили, – лицо капитана расплылось в широкой жадной улыбке. – Императорское золото, оно теперь моё! Грузите его в шлюпки, мы заберём всё до последнего слитка!

В этот момент триумфа и общей радости один из матросов сделал знак, чтобы все замолчали.

– Слушайте! Слушайте! – сказал он.

Все насторожились.

– Кажется собака лает…

С юта корабля действительно донёсся собачий лай. Открыв там люк, матросы увидели лежачего на полу кубрика, бедное животное. Пёс скулил, прижавшись в тёмный угол, невооружённым взглядом было заметно что он совсем отощал.