Баду

– У нас в холодильнике места нет, я у тебя положу, хоро-шо?

– Отлично! – ответил Георгий, поднимая с пола телефон.

– Охренеть! – вслух выругался Жора.

– Что? – не поняла хозяйка.

Гера смотрел на свой разбитый телефон. Тот моргал бе-лым экраном.

– Я не вам…

Зинаида Алексеевна ушла, а Георгий пытался реанимировать свой смартфон, но всё безрезультатно.

– П....ц… – опять выругался он. – Что за х…я!

Телефон окончательно потух, когда Георгий ударил его о стол.

Настроение исчезло, даже учёба не заходила сейчас.

Так и просидел Георгий перед книгами до ночи, не понимая, что читает. Мысли путались в голове.

Он посмотрел на время. Пол первого.

– Надо ложиться! – подумал Георгий.

Он слышал, как телевизор работал в соседней комнате. Ему казалось, что они его вообще не выключают. Он ложился спать под этот гул за стеной и уходил на занятия под него.

Уснул Жора тоже не сразу. Ночью было очень жарко, и даже открытая форточка не спасала от духоты.

Наконец мысли спутались в голове, и он окунулся в белую пелену.

Проснулся он уже поздно ночью. За дверью опять кто-то стоял.

– Что она хочет? – подумал Жора. – Сейчас я ей всё выскажу!

Георгий поднялся с кровати и направился к двери. За ней тут же послышался шорох и промелькнула тень.

Гера уже продумывал план развития событий. Чтобы застать с поличным, он в одно мгновенье долетел до двери и тут же выбежал из комнаты.

– Так! – крикнул он и тут же застыл.

Сказать, что он был шокирован, ничего не сказать.

Георгий стоял на улице. Никакой квартиры не было. Он осмотрелся. Перед ним густой лес. Вечерело. Солнце уже спряталось и последние его лучи касались верхушек деревьев.

Он обернулся, перед ним было озеро. Гера стоял на берегу. Только сейчас он заметил девушку в красном платье. Она стояла спиной, по пояс в воде.

Георгию стало не на шутку жутковато. Само место веяло страхом.

Студент попытался разглядеть девушку получше, может он её знает, как вдруг она обернулась.

Это было самое страшное что он видел. Это не было живым человеком.

Он находился на приличном расстоянии от неё, но даже так на её лице были отчётливо видно нарывы и порезы. Точнее лицом это было назвать очень трудно, глаз не было, а вместо них пустые впадины. По всему телу были глубокие нарывы, они сочились то ли гноем, то ли другой непонятной серой жидкостью.