Аксиома Бра-Мина

Маленький БО то изображал радужную оболочку мыльного пузыря с черными кляксами по поверхности, то вдруг расцветал пламенем ацетиленовой горелки, то извивался лианами изумрудно-люминесцентного растения, короче он думал.

Его слова и во мне разожгли кое-какие подозрения. Действительно, ведь даже Вагнер и КУ быстренько испарились в надежде, что успеют убежать от эпицентра достаточно далеко, значит и они считали, что это должно наступить сразу, так где этот дурацкий катаклизм?!

– Я думаю, нас обманули, – БО начинал злится, второй раз за день после прилива радости, приступа удивления и страха, через чур много эмоций для одного дня, после 30-ти фазного апатичного отношения ко всему происходящему.

Матрешка упала. Разбились все, кто был внутри неё до самого дна.

Кадр 6

Поймите правильно, не то что мы с БО политиканы или там экстремисты, как Бони и Клайд или религиозные фанатики, как Аумовцы из 3-ей секты, Мы – Граждане! Не любим, когда нам врут, а тем более так коварно.

Катаклизм так и не наступил. Это очень разозлило БО, так он всегда верил, что у всех должна быть правда, за которую нужно держаться двумя руками и житие обустраивать соответственно. Жизнь должна иметь шкалу ценностей, а тут на наших глазах Святыня Святых – Талмуд Буйств оказался не более, чем ловушкой для дураков. БО страшно разозлился…

Ну сначала мы пытались в долгих дискуссиях найти оправдание случившемуся, потом разговаривали со многими, оказалось, что сомневающихся достаточно.

В воздухе запахло бунтом…

А когда вышла бумага на наложение табу на наши губы, подписанная Ректоратом Руки левой, в воздухе запахло гарью, сожженных нами 5-ти пальцевых идолов и начало отдавать революцией.

Красота страшная сила, а станковый пулемет ещё красивее пистолета

Кадр 7

На войне, как на войне…

Ничего хорошего

Кадр 8

Я увидел её тогда, когда над тучами, окрашенными кровью разбитого Солнца, взлетела зеленная ракета. Начало атаки.

Она была справа.

Она настолько обожествляла надетую на неё униформу, что мне стало неловко за то, что я нашу тот же раскрой, претендуя на её божественность. Я не мог оторвать глаз. Словно в затуманенном негой сне я видел, как ловко она выбирается из окопа, вскидывая на ходу автомат, как она с алло горящими щеками и стиснутыми зубами рванулась вперед.