Альма. Ветер крепчает

Потому что видела, как та явилась утром, в большой дождь, и она точно с той стороны: из-за этих железных полумесяцев на копытах и кожаного кольца на шее.

Альма с Ламом лежат не двигаясь и слушают, как жужжат осы, которых Дымка отгоняет хвостом. Потом мальчик отстраняется от сестры. Он поворачивается на спину.

– Всё хорошо? – спрашивает Альма.

Но Лам уже не здесь. В руке он сжимает свою синюю шапочку. И, лёжа на лопатках, внимательно рассматривает бесполосую зебру, белую, как утренний туман.

Нет. Это не зебра.

Она тоньше, выше, и грива у неё длиннее. Может, ещё вчера она была там, резвилась в искрящейся траве. Лам смотрит на влажный глаз Дымки. Он хотел бы нырнуть в него и вынырнуть по ту сторону, выбраться из долины и наконец посмотреть, что же там.

Внезапно начинается дождь. Капли шипят, падая на травы и разогретую землю. Как будто на горячие угли. Первые капли сезона дождей. Всего за пару лун прольётся почти вся вода за год. Лёжа на спинах, Альма с Ламом открывают рты, чтобы первыми почувствовать на языке этот дождь, идущий на счастье.

Но вскоре они встают, потому что ливень крепчает. Надевают брошенные на траву длинные луки. Снимают с покосившегося дерева колчаны со стрелами.

Вдали антилопы бегут под защиту зелёных крон. Дымка вздрагивает, будто очнувшись.

– Ты, Дымка, стой здесь! Жди нас, мы придём завтра.

Прощаясь, они по очереди прижимаются щекой к её шее. Животное снова вздрагивает – от удовольствия? Или от холода?

Много месяцев назад, в такой же дождливый день, Дымка сбежала из мира, где таких безмятежных минут не было никогда, где свобода исчезла даже из памяти, где ей в бока впивались каблуки, чтобы она мчалась галопом за беглецами, пахнущими страхом.

А здесь она открывает для себя запах земли, покой и радостные крики двух удаляющихся под ливнем детей.

Но глубоко внутри она знает, что скоро придётся вернуться.

– Не рассказывай про Дымку. Ладно, Лам? Никому.

Лам бежит бок о бок с Альмой, ослеплённый водяными каплями.

Спины у обоих пересекает тетива.

– Договорились?

Он не отвечает. Он улыбается. Он знает, что ему делать. У него есть план. Ему, между прочим, уже десять лет. Ровно десять больших дождей. В такие годы звери давно охотятся одни. А некоторые львы – уже короли.

2. К остальному миру

Им так хорошо вместе, что это может длиться вечно.

Дождь идёт уже сорок дней и ночей.

Вся семья сидит вокруг огня, озаряющего и согревающего дом. Снаружи темно.