Вынь меч, мой тёмный огонёк

Артрэя теперь жила здесь, на побережье, и каждое утро, надев маску, ныряла под воду, она продолжала расшвыривать обломки, рыться в иле, земле, она была готова прокопать землю насквозь, лишь бы найти его. Она почти перестала спать, да и ела плохо, надежда найти его забивала в ней всё остальное. Однажды она вынырнула на поверхность и увидела, что в одном из домов горит свет, люди больше не боятся, города восстанавливаются. Вдруг что-то в ней сжалось, она почувствовала боль, из глаз потекли слёзы.

– Рэн, если ты слышишь, очнись… – Судорожные всхлипыванья прервали её речь, а она думала, что теперь больше никогда не будет плакать, – Ты ведь лежишь где-то там, вернись ко мне, пожалуйста!!! – Она взмахнула руками, повернувшись к полной луне, что пусто смотрела на неё своим отречённым глазом.

Чёрные волосы мутантки шевелил морской бриз. Она обернулась, но на глаза попалась лишь собственная мантия, лежащая на траве. Дунул ветер, Артрэя подошла к своей одежде и вдруг услышала шаги, или вернее один шаг, потом снова подул ветер, но она уловила, откуда идёт звук.

Она притворилась, что тянется к одежде, а потом резко схватила меч, и взмахнула им, человек остановился, меч теперь прислонялся к его горлу, хорошо, что она остановилась, иначе голова Ривальда лежала бы на песке.

– Ривальд, что ты тут делаешь? – Она опустила меч – Лучше не подкрадывайся, у меня сейчас руки дёргаются. – Как давно она не видела его, он совсем не изменился, всё тот же охотник, в броне, но на этот раз без шлема.

Ей захотелось, даже бросится, ему на шею, обнять, но настроение было хуже некуда, и она удержалась.

– Рад тебя видеть, Арт. – Он слабо улыбнулся – Прошло уже три года, планета почти полностью оклемалась.

– Три года, серьёзно? – Артрэя положила меч, накинула мантию сверху на купальник, потом убрала меч в ножны и выпрямилась. Её глаза, как всегда, смотрели открыто. Не осведомлённый человек ни за что не подумал бы, что в ярости Артрэя превращается в исчадие ада, да и не только в ярости, а просто, когда ей захочется.

 – Ты всё думаешь о планете, а как на счёт самого себя?

– Не жалуюсь. – Коротко ответил он, мельком оглядывая остальную её одежду, оставшуюся на песке. Они, не сговариваясь, повернули в сторону тёмно-серого, вулканического пляжа, что маячил вдалеке. – По правде сказать, я пришёл сюда за тобой.