Сильномогучее колдунство

Крайне рекомендую, это позволит вашим желудкам справиться с незнакомой пищей.

Гости, изрядно осоловевшие от съеденного, безмолвно выпили.

После чая перед каждым образовалось по большому фужеру со спиртным. Явно крепким и весьма душистым.

– А это лекарство. Дезинфекция. Настойка на корице и апельсиновых корках.

В лекарстве было градусов шестьдесят.

После приёма «национального дезинфектора» Илая отрубился прямо за столом, капитан Уорел, похоже, заснул с открытыми глазами, и хозяин дома остался наедине с графёнышем и его телохранителем.

– Так, хорошо – план «бэ»!

Произнеся этот тост, начальник порта налил себе «лекарства» и парой глотков осушил высокий бокал. Расстегнул пуговицу на рубахе и тоже отрубился.

Воцарилось крайне задумчивое молчание.

– И что это было? – наконец вопросил Ричард.

– Кажется, хозяин дома передумал с нами общаться, – озвучил свои наблюдения Рей и потянулся к тарелке с закусками.

– Мистер Салех, вы запомнили, в какой момент попытка нас накормить стала вот этим? – Гринривер не смог сформулировать свои мысли, и потому обвёл сцену за столом руками.

– Он прочёл наши бумаги. И что-то шепнул слуге. После началась эта кормёжка, – ответил Салех. – Кстати, вкусно.

– Не нравится мне это всё… – Ричард начал подниматься из-за стола.

– Ты так говоришь, словно когда-то было иначе! – Салех захрустел косточками недоеденной крысы.

– Как только вы можете это есть? – скривился Ричард, которому стало не перед кем демонстрировать манеры.

– Между прочим, вкусно! Большую часть своей сознательной жизни я ел куда менее съедобное мясо, – пояснил Салех, не отрываясь от сочащегося куска.

– Так вы же были офицером, кормёжка должна быть… – начал молодой аристократ, но душехранитель его перебил.

– Вот-вот, всё ты правильно сказал. Кормёжка должна быть. Она и была. А если не было – приходилось обеспечивать.

– И что будем делать? – задал вопрос Рей, налив себе ещё настойки.

– Я видел фонтан во дворе. Бери мистера Шекеля. Если он думал, что таким оригинальным способом сможет уйти от разговора, это была его большая ошибка.