Демоны кушают кашу

Мне нужны те, кто привечаем по обе стороны реки, что делит свет и тьму. Мне нужны вы, джентльмены.

– Шесть веков селекции, случка только с элитными суками! – отрапортовал Ричард, вновь подскочив.

– А я сам себя в зеркале боюсь! Такой некрасивый, что ух! – так же бодро заявил Рей.

– В иных обстоятельствах я бы вас не подпустил к детям на орудийный выстрел, – неожиданно тяжело вздохнул Морцех. – Но Аврора – не обычный ребёнок. Не только её надо оберегать от мира, но и мир от неё, – мужчина тяжело и медленно уселся за стол, и компаньоны к нему присоединились.

– Мы это… плюшек принесли, девочке, – отмер Рей и зашуршал пакетом. – Надеюсь, у неё нет аллергий?

Маркиз горько усмехнулся.

– Знаете, это может быть даже интересно. Аврора почти не общается с другим людьми… по понятным причинам. Пойдёмте знакомиться, пожалуй. А потом все вместе поужинаем. Я не держу слуг…

– А кто в таком случае следит за домом? Уборка, готовка, стирка? – включился в разговор Ричард.

– О, поверьте, желающих служить… Много. Всяких. Но никого из этой компании я не подпустил бы к еде. Так что потчевать я вас буду своей стряпнёй. Надеюсь, вы не возражаете?

– Ни в коем разе! – поспешно заверил Гринривер.

– Чего мы только не жрали! Не переживайте, маркиз, мы люди неприхотливые.

– Отлично. Манная каша, по слухам, крайне полезна! – протянул Морцех со странной интонацией.

Мужчины покинули кабинет и прошли несколько шагов по коридору.

На ковре рядом с кроваткой, в окружении целой груды игрушек, сидела маленькая девочка лет четырёх-пяти от роду. Она была в аккуратном бело-голубом платьице. Голову покрывала копна кудряшек цвета гречишного мёда.

– Дочка, здравствуй! – в голосе мужчины зазвучали тепло и ласка, а на лице появилась очень приятная улыбка. – У нас гости.

– Здравствуйте, папенька! – девочка отвлеклась от своей игры и посмотрела на отца.

Вперёд вышел Рей Салех и опустился перед девочкой на колени. В руке он сжимал подарок.

– Привет, Аврора! Меня зовут Рей Салех. Можно просто дядя Салех…

Девочка вскинула маленькую ладошку и нездешним гласом завопила:

– Изы-ы-ы-ыди! – перед вскинутой ладошкой зажглась пентаграмма в кольце рун. Такой же знак возник под Реем.