Ярар. Начало

– А что она здесь делает?

– Она каким-то образом узнала, что целителя не отпустил к нам император. И буквально за несколько часов до начала родов приехала сюда.

«Повезло», – подумал я.

– Владимир, мне нужна твоя помощь. Появилась головка. Но Эмери отключается. – сказала тетя и прикрикнула, когда посмотрела в сторону Корфа, – ШЕВЕЛИ конечностями и твари волшбу!

– Иду я, Лена, иду, – ответил Корф.

Владимир положил руки на живот и на голову матери и, как я видел ранее, от него пошло зелёное свечение.

– Бездна, – закричала тетя, – у меня не получается снять пуповину! Она не даёт ребенку выйти.

К ним поспешила Этта, которая всем телом оттолкнула Лену от ног матери. Она посмотрела под сорочку, после чего встала сбоку от Эмери и стала надавливать на живот.

– Ты, – обратилась к тете Этта, – встань, где стояла, и потихоньку тяни ребенка. На меня смотри! – окрикнула она. – ОЧЕНЬ аккуратно. – И получив кивок отвернулась, дальше давя на живот матери.

Стоя сбоку я видел, что аура ребенка только что угасла.

– Лен, – позвал Владимир сестру Эмери и отрицательно покачал головой показывая в направлении ребенка. Она поняла, что он ей попытался сказать.

– Усыпляй Эмери, – севшим голосом сказала Лена, – дальше мы вытащим её сами. Осталось освободить её ножки.

Значит у мамы должна была родиться дочь.

– Вова, а…? – указала Лена на сестру с надеждой во взгляде.

– Выживет, – ответил он.

Этта потихоньку подошла к ногам матери и взяла ребенка на руки. Осмотрев, положила на чистую простыню, начала омывать её.

– Стихия, за что ты так с нами, – плача произнесла Этта.

Я подошёл к няне и стал её успокаивать. Впервые я увидел, как Этта плачет. И что-то в груди сильно щемило. Боль. «Наверное, так плачет сердце», – вспомнил я выражение со своей прошлой родины.

Я посмотрел на маленькое тело девочки, и попытался влить немного энергии.

– Учитель, – сказал я, боясь ошибиться, – девочка реагирует на мою магию!

– Не может быть?! – сразу подбежал Корф, проверяя мои слова.

Он провёл рукой над телом. И печально сказал.

– Ярар, ты ошибся. Мне очень жаль… – после чего отвернулся и направился обратно к матери.

Этта взяла меня за плечо и, не сильно сжав его, прошептала.

– Юный господин, идите.