Братья Карилло. Обретая надежду

– Я боюсь потерять тебя, – тихо произнес Роум, и его низкий голос звучал серьезно. – Никакой ребенок этого не стоит.

Молли, глядя на него, медленно склонила голову набок.

– Ты меня не потеряешь. Ничего не случится. У нас родится малыш, и все пройдет отлично.

Они смотрели друг другу в глаза и, казалось, мысленно общались между собой.

Я неловко переступила с ноги на ногу и направилась к своим чемоданам. Краем глаза уловив мое движение, Молли встала с колен Роума.

– Роум, малыш, покажи Элли ее комнату.

А я пойду прилягу. – Она закатила глаза. – Так велел врач. Много отдыхать и ни о чем не волноваться.

С улыбкой я наблюдала, как она вышла из комнаты. Но на пороге Молли вдруг замерла и обернулась.

– О, чуть не забыла. Сегодня вечером мы устроили для тебя праздничный ужин. Соберутся все. Чтобы поздороваться с тобой и отметить приезд в Изумрудный город.

– Моллс, я… – хотела было возразить я, беспокоясь, что это может сказаться на ней.

– Хоть ты не начинай, Элли! Мне хватает и здорового мрачного футболиста, что обращается со мной, словно с хрупкой куклой.

 – Молли указала на Роума и показательно нахмурилась. Муж, прищурившись, одарил ее ответным взглядом. – Со мной все хорошо. – Она коснулась ладонью живота. – Мы оба в порядке, и я не хочу, чтобы в следующие несколько месяцев все вокруг с меня пылинки сдували!

– Да, мэм, – проговорила я и шутливо отдала ей честь.

Молли рассмеялась и покачала головой.

– А после мне хотелось бы послушать о новой галерее, что ты станешь создавать в моем университете.

Ладно?

– Конечно, – развеселившись, проговорила я.

Молли победно кивнула и осторожно направилась вверх по ступенькам, оставив меня наедине с Роумом. Он подхватил мой багаж и быстро зашагал к лестнице; я последовала за ним.

Он отвел меня в комнату в конце длинного коридора. И, когда открыл дверь, я изумленно открыла рот. Комната казалась просто прекрасной. Почти полностью белая, светлая и просторная. К ней примыкала ванная комната с самой большой ванной, что я когда-либо видела.

– Роум… это… – прошептала я и повернулась к кузену, который, скрестив руки на груди, прислонился к дверному косяку.

– Оставайся здесь, сколько захочешь, слышишь? Молли любит, когда ты рядом. И меня это тоже не напрягает.

Кузен пытался шутить, стараясь скрыть беспокойство по поводу жены, но я услышала, как дрогнул его голос. Я подошла к нему ближе и стиснула напряженные руки Роума.

– Ты же знаешь, с ней все будет хорошо.