Призрачная нога

Он хмурым взглядом оббежал присутствующих и фыркнул. Следом за ним, опираясь на костыли, двигался одноногий противник. Жители Оустрейса взорвались криками и аплодисментами.

– Ты сможешь! ? завизжал кто-то.

– Уделай его! ? подхватили забравшиеся на лавку беспризорники.

– Почему-то мне кажется, что им нет разницы, победишь ты или нет… в их глазах ты уже победитель, ? пробормотал Коган, подворачивая рукава холщовой рубахи.

– Ты соревнуешься со мной, ? напомнил ему Смолл, ? мне есть разница. ? Он отбросил костыли в сторону, почесал козлиную бородку и крепко завязал тонкой красной веревкой отросшие за восемьдесят дней угольно-черные волосы.

Его левая ладонь неприятно покалывала, но это не шло ни в какое сравнение с ноющей болью в культе.

– Выглядишь бодро, ? сказал Коган. Смолл через плечо посмотрел на него. ? Нет, правда! Молодой, крепкий, сильный… Ты главное меня не жалей. Беги во всю силу! ? Он расхохотался.

– Ты тоже! ? улыбнулся Смолл. Он знал, что этот ответ взбесит лекаря, и с удовольствием наблюдал за его реакцией.

Но Коган, надо отдать ему должное, умело замаскировал свое недовольство.

Джоз закончил чертить линии старта и финиша и подбежал к ним.

– Готовы к забегу? ? спросил он, пыхтя.

– К запрыгу, ? поправил Смолл. Он заметил в толпе Ганса Патрона и кивнул ему. Рубцы на культе затянулись, но странное чувство, что нога все еще при нем никуда не делось.

– От старта до финиша сто шагов, ? сообщил Джоз. Его карие глаза блестели, а большое добродушное лицо выражало беспокойство.

Последние десять дней он только и делал, что пытался отговорить Смолла от дебильной, по его словам, затеи. Но Смолл был непреклонен. ? Ты главное не перенапрягайся, Смолл.

– У него и так шансов нет, а ты еще просишь его мне поддаться?

– Не поддаться, ? возразил Джоз, ? а поберечь силы. Он всего ничего стоит на ногах.

– Ноге, ? с ухмылкой поправил Коган.

– Джоз, все обойдется, ты же знаешь, ? пообещал Смолл. ? Я уделаю старичка одной правой, и мы пойдем выпьем по стаканчику.

– Сильное заявление… для калеки. ? Коган опустился на корточки и туго затянул ремешки на потесанных сапогах из крокодильей кожи. ? Теперь мы готовы.

Смолл встал на линию старта и сжал пальцы в кулак. Он предвкушал начало забега, как давно не предвкушал что-либо, но вместе с тем и боялся того, что будет после. С тех пор как он потерял ногу, лишь мысль о сегодняшнем поединке заставляла его не отчаиваться, толкала вперед. Смолл упорно трудился, чтобы оказаться здесь.