Письма с того света

Напомните мне Роберт, я как-нибудь расскажу вам на какие ухищрения мне приходилось идти, чтобы наперекор маэстро выйти на сцену и обрадовать Ники своим присутствием.

– Эту пикантную историю я сама расскажу Роберту. Лучше продолжи рассказ про соблазнение Чайковского.

– Ну так вот. С грузом обид на Петипа я заявилась к Чайковскому на дом.

– И вам удалось его соблазнить? – спросил Роберт.

– Чёрта с два. Только я кинулась с плачем ему на грудь, как отворилась дверь спальни и оттуда вышел в кальсонах усатый Иосиф Котек или как его ласково называл маэстро мой Котик.

– Ну и что было дальше?

– А дальше ничего. Как только появился полуголый Котек, я сразу поняла, что мне здесь делать нечего. Оделась и быстро ушла.

Кшесинская прекратила музицировать и пересела обратно в кресло.

– И вы рассказали обо всём этом царю?

– Конечно!

– И какова была его реакция?

– А он особенно не удивился. Он знал об этом, но теперь получил достоверные доказательства.

– Которые вскоре и погубили Чайковского.

Сказанное Робертом будто повисло в воздухе. Первой нарушила молчание Матильда.

– Вы правы. После этого случая окружению царя ничего не стоило убедить его дать молчаливое согласие, чтобы суд чести приговорил композитора к самоубийству.

– Неужели официальная версия смерти Чайковского от холеры это выдумка?

– Конечно выдумка. Где это видано, чтобы умершего от холеры хоронили в открытом гробу, который несли по всему Петербургу, в сопровождении огромной толпы горожан, некоторые из которых целовали усопшего? Чайковского приговорили к самоубийству.

Главным зачинщиком и вдохновителем суда чести был начальник императорской конюшни граф Стенбок-Фермор. Наш царь хотя и не любил ездить верхом, однако был частым гостем на конюшне, любовался красавцами-скакунами, ласкал и кормил их с рук морковкой. Стенбок имел давний зуб на Чайковского. Якобы тот во время учёбы юриспруденции приставал к его племяннику.

– Это было правдой?

– Правдой это было или наветом сейчас трудно сказать, но верховный конюший сумел убедить царя устроить суд над Чайковским.

Композитору подсыпали в стакан с водой мышьяк, и либо он должен был его выпить, либо бесчеститься. Чайковский выбрал первое.

Все замолкли находясь под впечатлением сказанного. Матильда была живым очевидцем тех событий и не верить ей не было никаких оснований.

– Выходит, что царь Александр был замешан в гибели гения? – спросил американец.