Рипсимэ

Диоклетиан так и не освоился, как следует, в роскошной жизни тыла. Он притрагивался лишь к той пищи, которая более-менее знакома ему. Ему нравилась кровяная колбаса. Но для пищи простых граждан места не нашлось, и ему пришлось насыщать свой аппетит печенью перекормленной утки и мясом свиньи, откормленной фигами.

Он слушал возвеличивающие его тосты от сенаторов. Другие здесь не имели права рот открывать.

– Что-то не вижу здесь Тиридата, – пробормотал тихо Диоклетиан генералу Констанцию.

– Он не любитель пышных трапез.

Подойдет на десерт, – ответил генерал.

Император ухмыльнулся и повернулся вновь к генералу.

– Он любитель десертов? – с ехидной улыбкой ответил он и продолжал рвать куски мяса зубами, как варвар, привлекая внимание вельмож.

– Нет, музыки, мой император.

– Музыки? Тут же кроме дудочек ничего не играет? – удивился Диоклетиан.

– Дело в том, что дудочку он и любит слушать, – широко улыбнулся военный.

За танцовщиц платила касса сената большие деньги.

Хорошо мотивированные танцовщицы не были рабынями. Они выступали как в богатых домах, так и на театральных представлениях. Труппу танцовщиц приглашали в разные города империи Рима. Их защищала и сопровождала высокооплачиваемая вооруженная команда наемных солдат.

В труппу танцовщиц выбирались молодые девушки с впечатляющей красотой. Они выступали обычно в полупрозрачных желтых и белых льняных туниках с открытыми рукавами. Девушки не носили повязки, прикрывающие груди и таз. К тому же туника по бокам была открыта.

Так что можно было любоваться их стройными бедрами, а порою и частью их тугих грудей.

Иногда подвыпившие зрители среди мужчин не могли сдержаться от соблазнительной внешности танцовщицы. Они могли приставать к девушкам, делать им непристойные предложения. Римский суд строго наказывал правонарушителей независимо от статуса. Вне закона был только император и его семья. И то это во времена монархии, как сейчас. Республиканская система правления, которая вступала в свои права в Риме в различные периоды его истории, старалась не допускать неравенства и превосходства в суде.

Диктатуру, которую провозгласил Диоклетиан, позволяла быть ему над законом, и он мог позволить себе всякого рода безобразия. Но зачем портить репутацию перед торговцами развлечений. Для телесных утех были продажные женщины, как дорогие, так и не очень. Среди дорогих проституток встречались женщины с действительно поразительной красотой.