Брисеида. Тени и химеры

– Ты молодец, что противостояла Менг Чу в разговоре об Имэне, – сказала Лиз, продевая в волосы Брисеиды две золотистые палочки, чтобы закрепить пучок. – Энндал рассказал мне, пока мы шли. С твоей стороны это было смело и очень важно. Энею нужны все его силы, чтобы продолжать путь. Но Энндал прав: ты не знаешь, что произошло на самом деле, поэтому лучше думать о хорошем. Ведь так?

Брисеида уставилась на свои ноги и пожала плечами.

– Может быть.

– Как ты пообщалась с отшельником?

– Мы говорили вообще не об Имэне.

– И ты рассказала ему о своем отце?

Брисеида потеряла дар речи.

– Не делай такое лицо, – улыбнулась Лиз, – все вполне очевидно. И скажу сразу, у тебя есть полное право злиться на него. Он мог бы узнать твое мнение, прежде чем отправлять тебя в Цитадель. Гнев иногда бывает приятным, позволяй ему вырываться наружу как можно чаще. Пойдем, покажемся мужчинам на палубе.

Брисеида не ожидала такой реакции, когда они шли по кораблю мимо улыбающихся матросов.

Менг Чу же неоднозначно посмотрел на них:

– Вы выглядите прекрасно, – наконец признал он, схватившись за один из рукавов большой белой блузы Брисеиды, чтобы получше рассмотреть ее.

Она с гордостью кивнула.

– Но в следующий раз попробуйте сначала надеть нижнюю рубашку, а сверху – платье с вышивкой.

– Ты уверен? – спросила Лиз, обидевшись. – Я убеждена, что во время съемок одевалась именно так…

Капитан корабля устроил для них настоящий пир. Они обедали на палубе, расположившись на шелковых подушках.

– Мы направляемся в столицу, – сказал Леонель, принимая от матроса куриную котлету. – Что будем там делать?

– Мы поселимся у меня, надеюсь, что император согласится принять нас быстро, – ответил генерал. – Наш приезд неожиданный, а у него нет привычки нарушать протокол.

– Даже когда против него готовится заговор?

– Каждый день при дворе возникают заговоры. Если бы император каждый раз терял самообладание, он не смог бы удержаться на троне долго.

Плетеный кожаный пояс опоясывал свободную льняную тунику, выданную генералу. Большая шпага, изысканные кожаные сапоги и ярко-красный плащ с широкими эполетами подчеркивали его природную осанку и делали его похожим на принца.