Брисеида. Тени и химеры

– Боюсь, что напрасно. Ни один из двух торговцев не может нормально объяснить, как они сюда попали… Или что мы, сопротивление, должны делать. Но не переживай, мы обязательно найдем зацепки.

– Я написала письмо отцу, чтобы вновь встретиться с письмоносцем, – ответила Брисеида, пытаясь снова улыбнуться. – Надеюсь, он скоро вернется. Возможно, он сможет сказать нам, кто является вестником моего отца.

– Именно такой настрой нам необходим! Ты должна всегда верить, Брисеида, иначе и быть не может. Мы справимся, вот увидишь.

Дай нам знать, когда этот письмоносец появится.

Энндал не скрывал своего энтузиазма, что несколько радовало ее сердце.

Вокруг танцевальной площадки велись разговоры. Неподалеку от Брисеиды Оанко объяснял сомневающейся женщине из Конго очевидный принцип путешествия душ в физическом мире:

– Твоя душа подобна воде: она может быть изменчивой, как туман, который несет ветер, когда ты путешествуешь по Миру Снов, и твердой, как льдина зимой, когда приходит время материализоваться в физическом мире.

Сначала ты идешь так легко, как души среди облаков, потом падаешь на землю и переходишь в твердое состояние.

– И как я падаю? Как дождь? – Оанко на мгновение задумался, испытывая сомнения.

– Нет, ты не переходишь в жидкое состояние.

– Откуда ты знаешь? – с недоумением спросила женщина.

– Это же очевидно.

– Например, как то, что время движется по кругу? – невинно спросила Лиз.

– Совершенно верно.

Лиз понимающе улыбнулась Брисеиде.

– Жаль, я бы хотела увидеть это жидкое состояние.

Кстати, Брисеида, ты забыла свою скульптуру, – добавила она, протягивая маленькую сферу, на которой было указано только имя ее изобретателя: Нил Куба-младший.

– Брисеида! – воскликнул Эней, встав перед ней с очень серьезным лицом. – Это правда, что в эпоху Леонеля никто не умирает от голода, потому что они накачивают цыплят воздухом так, что те становятся вдвое больше?

– Эм… Нет…

– Я так и знал, – проворчал Эней, побежав за Леонелем, пробираясь мимо танцующих.

– Он ведется! Он действительно на все ведется! – засмеялся тот, ему было тяжело бежать из-за смеха.

– Знаешь, почему я стала актрисой? – сказала Лиз, Брисеиду завораживали ее огненно-рыжие волосы. – Чтобы научиться жить в моменте. Нельзя совершать поступки, думая о прошлом или беспокоясь о будущем. Ты должна быть там, быть наготове, независимо от того, какие секреты хранишь в сердце, или – она оглядела толпу – неуместные взгляды тех, кто не знает, о чем говорит.