В постели с Райаном

 – Тебе не за что благодарить меня, но я должен узнать насчет кровати. Я пытался сказать маме, что, может быть, это было из-за меня – ну, что ты могла заснуть рядом со мной из-за моих подростковых феромонов или что-то в этом роде.

Я улыбнулась.

– Это какая-то новая теория.

– Эй, не все такие юные Эйнштейны, как твой брат.

– Тише. Я тоже не Эйнштейн. Я единственный нормальный ребенок в нашей семье.

Но я больше не была нормальной.

– Да.

Может быть, он подумал то же самое, потому что в комнате снова воцарилось молчание.

И оно было угрюмым, словно мы оба понимали неестественность этой ситуации. Я не могла поддерживать нормальный разговор, потому что больше не была «сестрой-недотепой». Я превратилась в «сестру-близнеца, которая выжила».

– Черт, – выдохнула я.

Нервно теребя шлевки на джинсах, он посмотрел на меня.

– Что?

– Ничего. Да, я хочу спать в твоей постели, если ты не возражаешь.

– Я не возражаю. – Он улыбнулся. – Это было даже приятно – проснуться и увидеть рядом с собой в кровати такую горячую малышку.

Мои друзья пришли бы в восторг…

– Не вздумай сказать им!

Его глаза расширились.

– Нет. Я понимаю, и я не стану никому говорить – я не такой трепач. Но моя сестра втюрилась в одного из моих друзей. Она уже все рассказала ему. Я подслушал и этот телефонный разговор.

– Кто ты? Вероника Марс[2 - Героиня американского сериала, девочка-подросток, помогающая своему отцу, частному детективу, в его расследованиях.] в мужском обличье?

Он фыркнул, и ямочка появилась на его щеке.

– Мне постоянно скучно, – сказал он. – Я бросаю мяч в корзину, чтобы хоть чем-то занять себя. Знаешь, это как синдром беспокойных ног? Вот у меня то же самое, только это касается и всего тела, и мозга. Иногда мне совсем не удается расслабиться.

– А-а.

– В любом случае, мама сказала, чтобы я сегодня не бросал мяч. Она опасается, что кто-нибудь из моих друзей завалится к нам, а она не хочет, чтобы они что-нибудь пронюхали. – Он фыркнул и закатил глаза. – Это Пич всегда все разбалтывает.

А винят меня. Она никогда не попадает в неприятности.

Робби был любимчиком в семье, Уиллоу была совершенством. И, полагаю, я, как и Райан, была тем, кто попадает в неприятности.

– То же самое и со мной, – слабо выговорила я.

Это меня винили за слабительные. Они думали, что у меня расстройство пищевого поведения. И они не обращали внимания на большую тарелку кукурузных чипсов, которые я поглощала во время их душеспасительной беседы.