Бесприданница, или Выйду замуж за незнакомца

– А можно хотя бы собаку перевезти сюда на некоторое время? – С надеждой в тихом голосе спросила Тоня. Она хоть и была шокирована поведением мужа, но больше её озадачил совершенно равнодушный тон Матвея. Он так спокойно принимал решения, буквально перешагивая через людей, что у Тони закралось подозрение, что вот так хладнокровно он может решиться на большее.

– Нет. Шелудивой псины мне ещё здесь не хватало.

– Матвей, а ты хоть кого-то любишь кроме себя? – Спросила Тоня, всматриваясь в лицо мужа, на котором не дрогнул ни один мускул.

– Нет. Любовь выбивает из седла, а я хочу всегда быть на коне.

– Выходит, что и Камилла не тронула струны твоей души?

– Скажи: ты любишь свой унитаз? – Спросил Матвей, прямо глядя в глаза жены. Он скрестил руки на груди, широко расставил ноги и принялся покачиваться на пятках.

– К чему ты это? – Переспросила Тоня, начиная уставать от этого во всех смыслах бессмысленного разговора. Она поняла, что не сумеет переубедить мужа, да и потеряла всяческое желание делать это.

Ей не терпелось уйти в свою комнату и наплакаться вдоволь, оплакивая своё, как показало время, счастливое прошлое и обреченное будущее.

– К тому, что это предмет твоего ежедневного пользования. Вот так и Камилла – используемый мной объект, – цинично, с ухмылкой на бескровных губах, пояснил муж.

– Хорошо, что она сейчас не слышит тебя – глаза бы выцарапала.

– Не думаю, – снова пожал плечами Матвей. – Она зависит от меня, поэтому будет терпеть и молчать.

– Теперь мне всё понятно.

Да, кстати, – вздохнула Тоня, отводя взгляд от лица мужа в сторону, – я согласна обучиться этикету у специального педагога.

– Рад, что мы урегулировали назревающий конфликт. Я уехал, – деловито произнес Матвей, разворачиваясь к выходу.

– Матвей, подожди, ещё один вопрос: можно я сама поеду к маме, а к вашему приезду вернусь? – Спросила Тоня, умоляюще протягивая руки к мужу.

– Нет.

– Почему нет? – Тоня вспыхнула гневом, покрываясь красными пятнами от волнения.

Она была в отчаянии от сложившейся ситуации, и не понимала, как выпутываться из паутины, в которую сама позволила себя затянуть.

– Я не хочу, чтоб мою жену увидели в каком-то Глухожопинске, а потом обсуждали это.

– Матвей, ты сейчас не прав! – вскричала Тоня, стараясь достучаться до сознания мужа. – В этом самом, как ты выразился – Жопинске, ты начинаешь вести бизнес, и там никто не знает, чья я жена. Кто обсуждать-то будет?

– Будут, – упрямо ответил муж.