Прекрасные порочные ангелы

Эта роскошная вилла в итальянском стиле подчеркивает статус моего отца – банкира до мозга и костей. У меня нет плохих воспоминаний, связанных с этим домом или чего-то подобного. Нет веских причин, по которым я не могу приезжать сюда. Только одна, и я стыжусь ее.

Я появляюсь в доме, и меня встречает Сара – экономка, горничная и в прошлом, моя няня, – все в одном лице. Она целует меня в обе щеки и тихонько спрашивает:

– Проводить тебя к маме?

– Я к отцу, Сара, – качаю головой.

Ее пухлое лицо покрывается маской разочарования, но она быстро справляется с эмоциями.

– Он у себя. Как поговоришь с ним, живо на кухню. Тощий, как жердь.

Я смеюсь и показываю ей танец, оголяя пресс.

– Видишь, детка, – подмигиваю я своей старенькой няне. – Это тело не жердь, это тело мечта всех девушек кампуса.

– Постыдился бы, – фыркает Сара и уходит на кухню.

Когда я останавливаюсь возле двери кабинета отца, глупая улыбка сползает с лица. Я не боюсь его, я его уважаю. Он мой отец.

Стучу в дверь и слышу его глубокий голос:

– Войдите.

Кабинет полностью отделан темным деревом. Встроенные в потолок лампы освещают помещение, и оно не кажется таким мрачным. Отец поднимает голову от планшета, когда я вхожу. Мы не виделись пару недель, и каждый раз, когда мы видимся, отец мне кажется все более молодым. Мягкие черты его лица не предназначены для суровости и хмурости. Но он ведет жестокий бизнес, и такому человеку трудно сосредотачиваться на чем-то другом.

Он поднимается с кожаного кресла и протягивает мне руку.

– Рад видеть тебя, Иэн, – говорит отец и всматривается в мое лицо. – Где тебя снова носило?

– Футбол, – вру я.

– Кого ты обманываешь, – констатирует он.

Я не спорю.

– Готов к последнему учебному году? – Отец бедрами упирается о стол и скрещивает руки на груди.

– Еще как, – улыбаюсь я.

Но он не улыбается.

– Когда ты видел маму в последний раз?

Я мог бы догадаться, что он заговорит об этом. Он никогда не заставлял меня сидеть с ней и никогда не давил, зная, что мне трудно это принять. Но время шло, и он злился, что я отдаляюсь.

– Молчишь, – говорит он. – Иэн, мама скучает.

Мое горло высыхает моментально. В груди что-то сильно давит, блокируя пути для дыхания.

– Папа…

– Ты не ребенок, – строго прерывает он.