Обреченные

– Картер, – при виде меня Долорес улыбнулась шире. У этой семьи есть особенность – выглядеть намного моложе своих лет, не прибегая к услугам пластических хирургов. – Выпей с нами кофе, мальчик.

– Нет, спасибо, бабуль, – без улыбки поддел ее я. Долорес мне нравилась. Она всегда была настоящей. Она не смотрела на меня так, как мать Кейлин и Лукаса. – Мне нужно бежать.

– А как же наши планы? – возразил Лукас.

– Вечером я буду на месте, но сейчас мне нужно в студию.

– Ладно, – пробурчал Лукас.

– Ты не против, если я уеду на твоей машине, а ты поедешь с Кейлин?

– Только если я поведу.

– Об этом даже не мечтай, – Долорес коварно улыбнулась.

Я помахал в воздухе рукой, и Лукас закатив глаза, кинул мне ключи от «Бьюика».

– Не опаздывай, – крикнул он мне в спину.

– Напомни об этом себе.

Опоздания как раз по части Лукаса.

***

«Один тебя защищает, второй трахает».

Я не считал себя злым человеком, но во мне никогда не было такого огромного желания убить, как сейчас. Даже когда Брэдли целовал ее и лапал в моем присутствии, я так живо не представлял его смерть, так как представляю сейчас.

Что он знал? Откуда? Кейлин ни за что бы ему ничего не рассказала. Я знаю ее. Возможно, это его ревность заставила так сказать. Я всегда ловил на себе его косые взгляды. Этот пижон с уложенными волосами и Кейлин… С виду они были хорошей парой. Больше для таблоидов. Но не в стиле Кейлин встречаться с такими парнями. Тем не менее, она была с ним два года.

Дорога от Ла Хойи до дома была достаточной длинной, чтобы я смог немного остыть.

– Сэм, отец дома?

Дворецкий улыбнулся, продемонстрировав безупречные зубы, и деловым тоном ответил:

– Да, сэр. Мистер Холмес в бильярдной с мисс Санчес.

Еще одна кандидатка на роль нашей мачехи.

– Спасибо.

Я прошел большой светлый холл и гостиную. За темной дубовой дверью я услышал женский смех. Надеюсь, отец не слишком разозлится, если я войду без стука.

– Картер, – сказал отец, опираясь на кий.

Нет, точно не разозлится.

Мисс Санчес как раз разбивала, когда я вошел. На ней было слишком короткое платье и огромный вырез на груди, открывая взору темную загорелую кожу. Она была красивой женщиной. Она приветливо улыбнулась и проворковала, глядя на отца:

– Твой отец снова меня обыграл.

– Мой отец победитель во всем, – гордо ответил я.

– С этим не поспоришь.