Сердце принца-ворона

Подобные ему селятся там, где влажно, тепло и не слишком много солнца, поэтому их можно встретить во многих королевствах Фейривэя. Тем не менее конкретно его я вижу впервые. Он точно не служит во дворце.

– А вы кто такой?

– Подаксис, – скучающе поясняет он и семенит, щелкая клешнями, в другой конец комнаты.

Переваливаясь с боку на бок и стуча лапками по мраморному полу, он ведет меня к закрытым балконным дверям. Теперь понятно, что за звук я слышал.

– Вы слуга принцессы?

Застыв, Подаксис устремляет на меня глаза-бусинки.

– Слуга? Я вас умоляю. Вы разве не слышали о друзьях, ваше высочество? – Он постукивает клешнями по двери.

– Войдите, – раздается оттуда женский голос.

Тут же возникает желание ее поправить. Не слишком уместно говорить «войдите» тому, кто выходит из комнаты на балкон. Но я сдерживаюсь. Вероятно, не стоит начинать знакомство с ней с досадных замечаний.

Я распахиваю балконные двери и утыкаюсь взглядом в темнеющее небо. В дальнем конце балкона на стуле сидит женщина-фейри в людском обличье и смотрит на горизонт, где закатное солнце расцвечивает небо последними яркими штрихами.

– Добрый вечер, принцесса Мэйзи, – начинаю я, растягивая губы в самой обаятельной улыбке. – Я принц Франко.

Она бросает на меня быстрый взгляд, но тут же отводит глаза.

– Очень приятно, – произносит она голосом, лишенным всяких чувств.

Пробежав по балкону, Подаксис взбирается на одеяло, которым укрыты ее ноги, и, потоптавшись, устраивается у принцессы на коленях. Мэйзи поглаживает его, а затем повыше натягивает одеяло на бедра. Я чувствую, как она вдруг начинает беспокоиться, но не могу понять причины. Принцесса возится с одеялом, следя, чтобы оно полностью закрывало нижнюю половину тела. Может, она стесняется своего наряда? Лично я вижу лишь пару туфель из бледно-голубого шелка, усеянного крошечными жемчужинами, которые выглядывают из-под нижнего края одеяла.

Я делаю шаг ближе и понимаю, что оказался в необычном положении. Здесь нет второго стула, чтобы сесть, а принцесса, похоже, вовсе не горит желанием подняться для разговора со мной. Весьма странно общаться, нависая над ней, и я прислоняюсь к перилам балкона.

И… ничего не говорю.

Она тоже молчит.