Курок и калла

 – А насчёт той девушки…

– Ты решила поговорить о ней сейчас? – спросила Лира, переводя взгляд с потолка на юную ведьму.

– Я просто… не могу спокойно спать, когда знаю то, чего не знаешь ты.

Тут Лира напряглась и даже потянулась к голове, чтобы поправить волосы, но вовремя остановилась. Взгляд её выражал полнейшее недоумение – Ши стало так некомфортно, что она вовсе пожалела, что решилась рассказать об этом инциденте.

– Чего я не знаю? – спросила Лира с нажимом.

Она заволновалась; старшей сестре не подобает знать меньше, ведь это чревато опасностями, в первую очередь, для Ши – она же такая крошка, мало ещё повидала.

Лире было пять лет, когда её мать родила Ши – и уже с первого взгляда на это крохотное создание, полусонное и немощное, Лира поняла, что в её обязанности входит, прежде всего, защита своей сестры.

Ши явно мялась. Ей было сложно подобрать слова так, чтобы её объяснение не выглядело как оправдание – раз, и предательство – два.

Внезапно дверь звонко отворилась и в комнату вошёл ещё один человек.

Вошёл он как ни в чём не бывало, спокойно взглянул на «фразу дня», равнодушно скользнул взглядом по сёстрам, а после прошёл в дальний конец комнаты, к пальме. Там он задумчиво замер, примеряясь коленями к полу.

У Ши дыхание перехватило от ужаса – она взглянула на сестру, но та настолько была поглощена поведением вошедшего, что на Ши не обратила никакого внимания. Лира хотела подняться, чтобы обратиться к вошедшему напрямую, но Ши так яростно схватила ту за рукав, что Лире пришлось остановиться.

В вошедшем они обе узнали Песоко – вчерашнего знакомого, что взял да и утащил горящую девушку в гостиницу. У Лиры возникало желание осведомиться у ресепшена, что всё-таки стало с той девушкой, но случая пока не представилось.

Когда Песоко упал на колени, склонив голову над сомкнутыми руками, когда из его горла полилось нечто, смутно похожее на песню с придыханием, Ши потянула Лиру за рукав на выход.

О том, чтобы продолжать напитываться солнцем речи больше не шло.

Сёстры поспешно покинули «Солнечный дом», причем каждая из них испытывала смесь непохожих друг на друга чувств. Лира была раздражена, раздасована, её немного потряхивало. Ши тоже потряхивало, но как-то больше от страха, стыда и вины.

Почему именно в тот момент, когда Ши была так близка к тому, чтобы рассказать Лире о том, что знала, этот Песоко пришёл к ним, помешав их разговору?

– Итак, это не подействовало, – заключила Лира, немного успокоившись.