Констанция

Сама же девочка старалась, насколько это возможно, поспевать за парнишкой, одновременно продумывая план дальнейших действий.

Каждая деталь общего вида деревни бросалась в глаза, затмевая друг друга. Это резало взгляд, Фред не мог выбрать, куда идти. Он внезапно остановился, попытался оглядеться.

Констанция, стоящая позади него, была похожа на подбитую птицу, при падении еще больше искалеченную.

Ее мутило, словно подбиралась рвота. После ее закружило, как в водовороте, она чуть не закричала.

Последнее, что она тронула своими синими руками – было плечо Фреда, который непременно обернулся проверить, что произошло.

– Ко… Констанция! – закричал он, хватая задыхающееся тело под руки.

Для нее свет уже давно померк, она не вынесла этого водоворота, этого давления на горло и жгучей, невыносимой боли в ноге и руках.

Фред взвалил ношу на плечи и потащился к ряду ближайших домов.

***

Стук казался невыносимо громким.

Констанция приоткрыла глаза, фокусируя взгляд на своих синих руках. Пальцы неосознанно чертили какие-то узоры на одеяле, таком грязно-белом, старом.

В дверь стучали. Три коротких стука, повторяющиеся раз в пять секунд, затихающие всего на пять секунд, не дающие думать.

– Да входи уже, – пробубнила Констанция, садясь в кровати.

Дверь распахнулась, и в нее вошел Фред, совершенно испуганный и ничего не понимающий.

– Путник, – протянула она. – Зачем ты бил в дверь, если я спала? – возмутилась девочка, поднимая на него голову.

– Я не знаю, – после некоторой паузы разбито сказал Фред.

– Где я? – задала уже более простой вопрос девочка.

– В деревне Мортек, у пастуха Королли.

Констанция отвернулась в противоположную сторону, разглядывая пустое окно.

– Уже стемнело, – констатировала она.

– Что с тобой произошло? – голос мальчика дрогнул.

Констанция вновь посмотрела на него и равнодушно пожала плечами.

– Ты может не в курсе, – он замолк.

– Надо же, – попыталась сделать удивление Констанция, переводя взгляд на руки. Удивление вышло не очень правдоподобное.

– Ты мне не веришь?

Девочка молчала, прожигая взглядом руки. Она такая жалкая. Ее просто так, ради удовольствия, избил незнакомец, потом это опрометчивое решение путешествовать вместе и теперь еще и обморок, причем такой жалкий, совсем не героический.