Другие. Саша

– Подождём тогда… Совсем немного подождём… Саш… – она положила горячую ладонь на его щёку, сквозь темноту всматриваясь в чёрные глаза, скользнула взглядом к губам, а рукой – к шее и ниже. – Ты напоминаешь мне его…

– Ада. Не надо, – шепнул он, хотя сам чувствовал тугой комок эмоций, сдавивший грудь. Всё тело превратилось в упругую пружину, ждущую крошечного триггера, чтобы разжаться, выпустив энергию наружу.

– Ты ведь не оставишь меня? – она отбросила сигарету, и ловко вырвав из руки Саши вторую, затушила её, сжав в ладони.

– Я экзистенциалист… – повинуясь огненной настойчивости, он чуть притянул её к себе.

– А я Феникс. И что? – лицо Ады сало ближе, обжигая дыханием. Каждое слово грозилось добраться до губ Саши раньше, чем прозвучать.

– Ты пара сущности.

– А ещё приёмник и усилитель… И просто Ада.

Саша не успел ничего сказать и понять, как её имя проникло к нему в рот вместе с дыханием Феникса. Она целовала его, безудержно и чересчур страстно, и он не мог сопротивляться.

Ада ловко сняла с него рубашку. Руки Саши чувствовали тугую повязку на боку Феникса и другие шрамы. Она дрожала всем телом, покрываясь мелкими капельками пота, от неё пахло дымом, тревожно и многообещающе. Настоящий дурман с нотками благовоний. Похоже, Феникс не собиралась останавливаться на поцелуях, она требовала продолжения, властно и настойчиво.

– Ада… Может не надо? – попытался вернуть себе разум он, тем не менее с маниакальным желанием прикосновений, подхватывая её под спину и продолжая ласки. – Это глупо.

– Не хочешь меня? – с придыханием шепнула она ему на ухо, чуть прихватывая мочку губами, спускаясь к шее, заставляя поддаваться стремлениям тела.

– Не хочу.

– Врёшь.

– Ада!

– Саш, я сейчас умру, если ты не позволишь мне… – она тяжело вздохнула, слишком тяжело, задыхаясь прокуренным воздухом, запертым в комнате.

– Разве именно я тебе нужен? – тихо ответил Саша, бережно снимая с неё рубашку и расстегивая бюстгальтер, мучительно представляя вид обнаженного тела.

– Экзистенциалист! – простонала Ада, наслаждаясь элегантными и нежными поцелуями, покрывающими её грудь.

– Не могу я так, – отрывисто шепнул он, увлекаемый Фениксом в подушки.