Жатва

Когда на четвертом этаже хлопнула дверь и вниз чуть ли не кубарем скатился этот малолетний дурень, радостно сжимая в руках старую засаленную мягкую игрушку, женщина чуть в обморок не упала от облегчения.

– Вот она! – радостно бормотал мальчишка, обнимая свое грязное сокровище.

– Теперь идемте! – приказала Надия, открывая дверь.

Все четверо втиснулись на заднее сиденье машины. Яков оказался почти что на коленях у Петра.

– Обязательно свою костлявую задницу на меня класть? – проворчал Петр. – Подвинься.

– Куда? Тебе на морду?

Петр пихнул его локтем.

– А ну прекратите! – прикрикнула с переднего сиденья Надия. – Ведите себя прилично.

– Нам тут тесно, – пожаловался Петр.

– Ничего, устроитесь. И сидите тихо!

Надия все время смотрела на дом. На окна дяди-Мишиной квартиры.

– Почему не едем? – спросил нетерпеливый Алешка.

– Грегор подписывает документы.

– И долго еще?

– Недолго, – ответила Надия, откидываясь на спинку сиденья и глядя перед собой.

«Уф, пронесло», – подумал Грегор, когда за обрадованным Алешкой вторично закрылась дверь.

Появись этот маленький придурок чуть позже, тут бы такое замутилось. Надия дура, что ли? Не могла удержать пацана? Грегор с самого начала был против ее участия, однако Рейбен настоял. Сказал, что женщины вызывают доверие.

Топот Алешкиных ног становился все тише. Потом хлопнула дверь парадной. Тогда Грегор повернулся к сутенеру.

Дядя Миша стоял у окна и смотрел на улицу, на черную машину, в которой сидели его питомцы.

Однако первые слова дяди Миши были не о мальчишках, а о деньгах.

– В дипломате?

– Да, – ответил Грегор.

– Вся сумма?

– Двадцать тысяч американских долларов. По пять тысяч за каждого ребенка. Вы же согласились на эту цену.

– Да, – вздохнул дядя Миша, проводя рукой по своему морщинистому лицу.

Морщины были не столько признаком возраста, сколько результатом сильного пристрастия Михаила Исаевича к водке и сигаретам.

– Они попадут в хорошие семьи?

– Надия позаботится об этом. Вы же знаете, она любит детей. Потому и выбрала такую работу.

– Может, она и мне подберет хорошую американскую семейку? – Он выдавил жалкую улыбку.

Грегору пришлось взять его за плечи и отвернуть от окна.

– Не тяните время. Вот деньги. Если хотите, пересчитайте.

Дядя Миша щелкнул замком, открыл крышку.