Жатва

Но даже в пасмурную погоду, когда над проливом повисала густая пелена тумана, сквозь которую было едва видно серебристое дрожание воды, она все равно стояла на балконе и наслаждалась тем, как земля принимает новый день. Вот и сегодня земля приняла новый день.

«Сколько рассветов было мне даровано. Спасибо, Господи, за каждый».

– Доброе утро, дорогая, – прошептал Виктор.

Он стоял возле ее постели и улыбался. Одним лицо Виктора Восса казалось воплощением властности, другим – гениальности, третьим – безжалостности.

Но в это утро на его лице не было ничего, кроме безмерной любви и такой же безмерной усталости.

Нина протянула мужу руку, которую он нежно поднес к губам.

– Виктор, тебе обязательно нужно поспать.

– Я не устал.

– Но я же вижу, что устал.

– Говорю тебе, я бодр.

Он снова поцеловал руку жены, прикоснувшись теплыми губами к ее холодной коже. Некоторое время супруги молча смотрели друг на друга. В трубках, подведенных к ноздрям Нины, негромко шипел кислород. Из раскрытого окна слышался шум океанских волн, ударяющих о камни.

Нина закрыла глаза:

– А помнишь то время…

Ей пришлось сделать паузу. Даже короткий разговор сбивал ритм ее дыхания.

– Какое время? – осторожно спросил Виктор.

– День, когда я… сломала ногу.

Она улыбнулась.

Это было в швейцарском Гштааде, в первую неделю их знакомства. Виктор рассказывал, что заметил Нину, когда она неслась на горных лыжах по спуску высшей категории сложности (два черных ромба). Виктор тогда помчался следом, догнал ее у подножия.

Потом подъемник вернул их на вершину, и они снова понеслись вниз. Это было двадцать пять лет назад.

С тех пор они не разлучались ни на один день.

– Я знала, – прошептала Нина. – В той больнице… когда ты сидел у моей кровати… я уже тогда знала.

– Что ты знала, дорогая?

– То, что ты – мой единственный.

Нина открыла глаза и снова улыбнулась мужу. Только сейчас она заметила слезинку, ползущую по его щеке. Но ведь Виктор не плакал! За четверть века совместной жизни она ни разу не видела его плачущим.

Нина привыкла считать мужа сильным и смелым человеком. Однако сейчас, вглядываясь в его лицо, она понимала, как же она ошибалась.

– Виктор, – сказала она, беря его руку в свои. – Ты не должен бояться.

Он быстрым, почти сердитым жестом провел другой рукой по лицу.

– Я тебя вытащу. Я не хочу тебя терять.

– Ты меня не потеряешь.

– Нет! Этого мне мало. Я хочу, чтобы ты жила на земле. Со мной.