Смертницы

 – События разворачиваются слишком быстро, и мы не можем тратить время на розыск свидетелей.

– Я же никуда не денусь. И я не единственный свидетель. Есть еще медсестры, которые ухаживали за ней.

– Мы их тоже задержали. И будем беседовать со всеми сразу.

– И еще тот доктор в ее палате. Все произошло у него на глазах.

– Капитан Хейдер! – Имертон оторвался от рации. – Первые четыре этажа эвакуированы. На верхних этажах остались пациенты, находящиеся в критическом состоянии, а всех остальных уже увели.

– Что наши укрепления?

– Внутренний периметр оцеплен.

Телевизор над головой Хейдера был настроен на местный бостонский канал и работал без звука. Шел прямой репортаж с места событий, и кадры, мелькавшие на экране, были до боли знакомыми. «Вот Олбани-стрит, – подумала Маура. – А вот и трейлер командного пункта, где меня держат, как пленницу». В то время как весь Бостон следил за разыгрывавшейся драмой по телевизору, она находилась в самой гуще событий.

Трейлер вдруг задрожал, и на пороге возник мужчина. Еще один коп, подумала она, заметив у него на поясе кобуру пистолета, но этот полицейский был ниже ростом и не такой внушительный, как Хейдер. Взмокшие от пота редкие каштановые волосы липли к его ярко-красному черепу.

– Боже, здесь душегубка хуже, чем на улице, – заметил мужчина. – У вас что, кондиционер не работает?

– Работает, – ответил Имертон. – Но толку чуть. Все некогда отвезти его в сервис. С этой электроникой прямо беда.

– Да и с людьми тоже, – добавил вошедший, и взгляд его остановился на Мауре. Он протянул ей руку. – Вы доктор Айлз, верно? Я лейтенант Лерой Стилман. Меня вызвали, чтобы разрядить обстановку. Посмотреть, можно ли обойтись без насилия.

– Вы переговорщик?

Он скромно пожал плечами:

– Так меня называют.

Они обменялись рукопожатиями. Возможно, все дело было в его непритязательной внешности – виноватое выражение лица, лысина во всю голову, но Маура почему-то сразу прониклась к нему симпатией.

– В этом трейлере невозможно находиться. Зачем ей сидеть здесь?

– Ты сам просил не отпускать свидетелей.

– Да, но не зажаривать их живьем. – Он распахнул дверь. – В любом другом месте будет намного приятнее, чем здесь.