Сад костей

Именно вера поддерживала Арнию последние несколько месяцев, помогая терпеть нападки мужа и сносить те ночи, когда из-за одеяла, висевшего между их кроватями, до Розы доносился плач сестры. И чем только вера помогала Арнии? Куда смотрел Бог все те дни, пока ее сестра напрасно пыталась произвести на свет своего первенца?

«Господи, если Ты слышишь молитвы добропорядочной женщины, почему Ты позволяешь ей страдать?»

Ответа Роза не ждала, его и не последовало. И только из-за шторки, скрывавшей койку Бернадетты, слышалось бесполезное бормотание священника:

– Во имя Отца и Сына и Святого Духа, да усмирится в тебе сила дьявола возложением рук моих и заступничеством благодатной и пресвятой Девы Марии, Матери Бога нашего.

– Роза! – шепотом позвала Арния.

– Да, дорогая?

– Я очень боюсь, что и мое время пришло.

– Какое время?

– Время священника. Исповеди.

– И какие же мелкие проступки не дают тебе покоя? Бог знает твою душу, дорогая. Думаешь, Он не видит, сколько в ней добродетели?

– Ах, Роза, ты не знаешь всего того, в чем я виновата! Всего того, о чем я постыдилась рассказать тебе! Я не могу умереть без…

– Не говори мне о смерти.

Тебе нельзя сдаваться. Бороться – вот что ты должна делать.

В ответ Арния слабо улыбнулась и, протянув руку, коснулась волос сестры:

– Моя маленькая Рози. Никогда ничего не боится.

Однако Роза боялась. Ужасно боялась, что сестра покинет ее. Невероятно страшилась того, что, получив последнее благословение, Арния перестанет бороться и махнет на себя рукой.

Закрыв глаза, Арния вздохнула:

– Ты останешься со мной нынче вечером?

– Конечно останусь.

– А Эбен? Он не приходил?

Роза сжала руку Арнии в своей ладони:

– А ты и вправду хочешь, чтобы он явился сюда?

– Мы связаны друг с другом, он и я. И в радости, и в беде.

«Это-то и беда», – хотелось сказать Розе, но она прикусила язык. Конечно, Арния и Эбен связаны брачными узами, но лучше бы он держался подальше, потому что Роза с трудом выносила этого человека.

Последние четыре месяца она прожила вместе с Арнией и Эбеном в пансионе на Брод-стрит; ее кровать едва умещалась в небольшом алькове, примыкавшем к их спальне. Она старалась не попадаться на глаза Эбену, но, поскольку беременная Арния становилась все тяжелее и все больше уставала, Розе пришлось постепенно взять на себя всю работу, которую сестра делала в портняжной мастерской Эбена.