Хирург

Комната, в которую она его привела, напоминала темную маленькую пещеру: окна здесь не было, а обстановкой служили кровать, стул и рабочий стол. Для измученного после дежурства врача, мечтающего отоспаться, комната казалась просто райским уголком. Но Муру стало неловко от такой тесноты, и он задался вопросом, не смущает ли и ее эта вынужденная близость. Они оба огляделись по сторонам, выискивая, куда бы присесть. В конце концов она устроилась на кровати, а он подвинул себе стул.

– На самом деле я никогда не видела Елену, – начала Кэтрин.

 – Я даже не знала, что ее так зовут. Мы заходили в один и тот же чат-рум. Вы знаете, что это такое?

– Ну, что-то вроде живого общения через компьютер.

– Да. Группа людей, которые в одно и то же время выходят в режим онлайн, могут пообщаться. Это приватный сайт, предназначенный только для женщин. Чтобы попасть туда, нужно знать пароли. И на экране монитора вы видите только псевдонимы. Никаких реальных имен и лиц, так что анонимность гарантируется. Это дает определенную свободу, и можно без опаски обмениваться секретами.

 – Она сделала паузу. – Вы никогда не пользовались подобным сайтом?

– Боюсь, это не по мне – беседовать с невидимками.

– Иногда, – тихо произнесла она, – невидимка – единственный человек, с которым вы можете говорить.

Он услышал глубокую боль в ее словах и не нашелся что сказать.

Она глубоко вздохнула и устремила взгляд не на него, а на свои руки, сложенные на коленях.

– Мы встречаемся раз в неделю, по средам, в девять вечера.

Я захожу на сайт чат-рума, набирая позывные СПТС, а потом: «Женская помощь». И вот я там. Я общаюсь с другими женщинами, отправляя им сообщения через Интернет. Они появляются на экране, где мы все можем их видеть.

– СПТС? – переспросил Мур. – Я так понимаю, что это…

– Синдром посттравматического стресса. Клинический термин, объясняющий душевное состояние таких женщин.

– О какой травме мы говорим?

Она подняла голову и посмотрела ему в глаза:

– Изнасилование.

Слово как будто повисло в воздухе, накаляя его одним своим звучанием.

Жестокий смысл его был равнозначен физическому удару.

– Вы заходите туда из-за Эндрю Капры, – мягко произнес он. – Из-за того, что он сделал с вами.

Она смутилась и отвела взгляд. Потом еле слышно прошептала:

– Да. – И опять уставилась на свои руки.

Мур наблюдал за ней, чувствуя, как закипает в нем злость на того, кто посмел надругаться над этой женщиной. Капра оскорбил не только ее тело, но и душу.