Гиблое место

Ей не терпелось приступить к работе, поэтому она сказала без обиняков:

– Может, Маура не хочет, чтобы до нее дозванивались. Вы не думали, что ей, возможно, захотелось побыть одной?

Дэниел молчал.

Жестоко было задавать такой вопрос, и Риццоли тут же пожалела о сказанном.

– Понимаете, – произнесла она, смягчившись, – у нее был трудный год.

– Я знаю.

– У вас на руках все карты, Дэниел. Все зависит от вашего решения, от вашего выбора.

– Вы думаете, мне от этого легче – знать, что выбор за мной?

Ощутив боль в его голосе, Джейн подумала: зачем люди сами себя наказывают? Почему два разумных и достойных представителя рода человеческого доводят себя до такого унизительного состояния? Много месяцев назад она предвидела, что этим и кончится, что в один прекрасный день, когда гормоны перестанут буйствовать и опадет мишура, опутывающая этот блестящий новый роман, останется лишь горечь сожаления.

– Я просто хочу убедиться, что с ней все в порядке, – сказал Дэниел.

– Я не слежу за ее перемещениями.

– Но вы можете это сделать – для меня?

– Каким образом?

– Позвоните ей. Может, вы правы и она просто сбрасывает мои звонки. Наш последний разговор не… – Брофи осекся. – Мог бы завершиться на более радостной ноте.

– Вы поссорились?

– Нет, но я ее расстроил. Я знаю это.

– Вот вам и причина, почему она не отвечает на ваши звонки.

– И все же это не в ее характере – быть недоступной.

Тут он был прав. Маура слишком сознательна, чтобы долго находиться вне досягаемости.

– Я ей позвоню, – пообещала Джейн и нажала на кнопку «отбой», радуясь, что ее собственная жизнь такая размеренная. Ни тебе слез, ни драм, ни безумных взлетов и падений. Просто счастливая уверенность, что в данный момент ее муж и дочь дома и ждут ее.

А вот вокруг, как ей казалось, романтический вихрь только и делает, что разрушает чью-то жизнь. Ее отец бросил маму и ушел к другой.

После четырех долгих гудков включилась запись: «Это доктор Айлз. Я сейчас не могу вам ответить. Но если вы оставите сообщение, я перезвоню вам при первой же возможности».

– Эй, док, мы тут голову ломаем, куда ты подевалась, – сказала Джейн.