Его удобная невеста

Из прекрасного, легкого как перышко льна, что должны оценить и мужчины, и женщины. А что ты об этом думаешь, Джей? – И не дав ему времени ответить, добавила: – И с фирменным знаком «Кингдома», вышитым белым шелком… Надо поговорить с Черис. Посмотрим, что она скажет. – И тут же ее взгляд погас. – Если только она вернется в «Кингдом».

– Джорджия…

Она оттолкнула стул и встала.

– Ненавижу больницы. Это ожидание… пугающая стерильная обстановка… Меня это просто убивает. Пойду узнаю, есть ли какие-нибудь новости.

Сердце Джея сжалось. Ее убивал безумный страх, что этот манипулятор, этот сукин сын, который был ее отцом, мог действительно умереть.

Глава 4

Пройдя по больничному коридору, Джорджия остановилась в дверях.

Этот роскошный номер – с пятидесятидюймовым телевизионным экраном, парой кожаных диванов и кофейным столиком, едва не прогибавшимся под весом цветочных букетов, – должен был принадлежать пятизвездочному отелю, а не больнице.

Сидя в постели в окружении белоснежных подушек, ее отец препирался с медсестрой.

– Дайте его сюда! – Кингстон вытянул руку и сделал движение, чтобы сесть повыше.

– Но мистер Киннер, вы устанете весь день смотреть на яркий свет. – Медсестра нажала на пульт, чтобы закрыть жалюзи.

– Я хочу, чтобы жалюзи были открыты!

Джорджия сразу поняла причину недовольства отца: он не желал никому подчиняться. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы взять у медсестры телефон кардиолога и узнать последние новости. Хотя анализы не показали ничего тревожного, кардиолог хотел еще на сутки оставить ее отца в больнице, чтобы понаблюдать за его состоянием.

Закончив разговор, Джорджия послала медсестре извиняющуюся улыбку и ступила на ковер.

– Отец, ради бога, дай передышку бедной женщине!

Наградив строптивого пациента выразительным взглядом, медсестра вышла из комнаты.

– Должно быть, ее рекрутировали из матросов. – Он был так раздражен, что Джорджия испугалась, как бы у него опять не случился приступ. – Она не разрешила мне курить, сказав, что это против правил.

Джей был прав: любой, кому бы пришлось иметь дело с Кингстоном, когда он находился в таком состоянии, заслуживал надбавки за вредность.

– Все остальные жалюзи открыты. Медсестра только хотела, чтобы солнечный свет не бил тебе прямо в глаза, – сказала Джорджия.

Тем не менее она взяла пульт и открыла жалюзи.