Добро пожаловать в Детройт. Часть 1

Полиция отказывается предоставлять какие-либо комментарии, однако наш самоотверженный свидетель, представьтесь, пожалуйста…

– Настоящий патриот из Партии Рузвельта, Джон Уилсон-младший!

– Очаровательно! Джон Уилсон согласился рассказать, что именно случилось внутри клуба «Санто-Доминго», итак, Джон, что же произошло?

– Произошло восстание против корпоративных мразей, пьющих кровь простого рабочего народа! Мы, Партия Рузвельта… Эй, уберите руки! Я даю интервью для телевиденья! Мама, я в телевизоре! Твой сын…

– Кхм, к сожалению, полиция седьмого участка забрала нашего свидетеля на допрос, ох, то есть на дачу показаний, конечно.

Экран мигнул, отключаясь и обрывая речь грудастой красотки в хроматическом топике. Файдз вздохнул, переводя взгляд с черного монитора на черного – «Ха-ха, забавно, надо будет где-то в песню потом впихнуть… Да, в песню, угу…» – Беса.

Бес смотрел на рокера с интересом опытного натуралиста.

– Итак, я отправил тебя, чтобы ты намекнул Полупопадосу, что я хочу его клуб.

– Да.

– Ты разнес клуб, убил Полупопадоса, принес мне список его деловых контактов, все заключенные договора, информацию о сотрудничестве с «Sol», документы на «Санто-Доминго» и попутно – связку флешек и планшет с личными данными Полупопадоса.

– Ну… Технически, Полупопадоса я не убивал.

Бес выгнул бровь, скептически хмыкнул, демонстративно набрал на коммуникаторе знакомый Файдзу номер и поставил на громкую связь.

– Слушаю, – лязгающий металлом голос Ламберто прозвучал особенно жутко.

– Полупопадос еще жив?

– Нет. Проблемы?

– Никаких, до связи.

Ламберто отключился. Бес, не скрывая усмешки, посмотрел на Файдза.

– Ладно, будем считать, что убил, – вздохнул Файдз. – Но ты не оставил четких рекомендаций на его счет, а у парней есть… Были к нему вопросы.

Бес молчал, сцепив пальцы перед собой и задумчиво смотря на Файдза. Файдз тоже молчал, раздражаясь от непонятных, не выраженных толком претензий и не понимал, что не так?

– Честно говоря, я на такой результат не рассчитывал, – наконец проговорил чернокожий делец, отводя взгляд и открывая ящик стола. Перед рокером лег на столешницу маленький, можно было бы даже сказать – компактный дробовик. А на счет упало три сотни баксов.