Крутая глиссада

Скорость пришлось все-таки снизить. Мало ли что. Не исключено, что бандиты направляются в их сторону.

* * *

Уже на третий день после разговора с Таровским Скрипач прилетел из Лондона в Киев. Столь замысловатый маршрут был выбран не случайно. В Англию он прибыл по своим документам, а оттуда вылетел уже с паспортом на имя Ковалевского Игоря Михайловича. Впрочем, документы другого человека были ему нужны лишь для того, чтобы пересечь границу с Россией и не отметиться в базе данных под своей фамилией, которая была известна бывшим «коллегам по цеху».

Сюда же, днем позже, прибыл из Берлина на машине Устюгов Александр, работавший на протяжении десяти лет под руководством Скрипача. Среднего роста, похожий на цыгана черноглазый брюнет под самый развал Советского Союза окончил Киевское общевойсковое училище, готовящее тогда офицеров войсковой разведки. Кроме диплома об окончании, он получил удостоверение референт-переводчика немецкого языка и попал служить в мотострелковый полк, дислоцированный под Берлином. Прошел должности от командира взвода разведывательной роты до помощника начальника разведки танковой дивизии в Закавказье. Поступил и окончил Военно-дипломатическую академию. В период будораживших Россию реформ, революций и других катаклизмов работал в центральном аппарате ГРУ. Был помощником военного атташе в Индии. Чем там занимался, до сих пор оставалось тайной. Как он сам говорил: «во благо собственного здоровья и в целях безопасности интересующегося лица лучше не знать». Хотя к подобным заявлениям майора запаса Скрипач относился с недоверием и настороженностью. Не исключено, что Устюгов перебирал бумажки в ГРУ или вовсе придумал биографию. Проверить было невозможно из-за специфики организации, которая каким-то чудом выбросила за борт своего сотрудника в расцвете сил, в здравом уме и твердой памяти. Причиной увольнения послужила якобы попытка вывезти из страны икону. О ценности раритета сам Устюгов будто бы не имел представления и тащил ее через границу не с целью продажи, а как семейную реликвию, с которой после смерти родителей не расставался. Скрипачу удалось проверить этот факт его биографии через таможенный Комитет, где были свои люди. Событие имело место во второй половине девяностых, и он успокоился. Теперь терпел этого человека. Не будь он протеже шефа, который в свое время учился с отцом Утюга в институте, Скрипач не задумываясь избавился бы от него.