Мои убийственные каникулы

Но многое указывает на то, что на самом деле он совсем не страшный.

По крайней мере, для меня. Все остальные пускай трепещут – с полным на то основанием.

Услышав, что я нашла мертвеца, охотник за головами сам сделался мертвенно-бледным. Я даже испугалась, что его стошнит прямо посреди улицы. На секунду-другую он перестал корчить свою пугающую рожу и исполнился заботливости.

Лучше скажите, что незамедлительно покинули дом. Вдруг там оставался убийца?

Он тревожился за меня. Вот это неожиданность, греющая душу!

К тому же было бы досадным упущением не принять во внимание его улыбку.

Там, на улице, когда выяснилось, что он не ошибся и я действительно учительница, мы друг другу улыбнулись. Воспоминание об этом повергает меня в панику. Улыбка делает его красавчиком. Его прямые белые зубы созданы для перекусывания кожаных ремней и дробления камней, тем не менее, улыбаясь, он становится привлекательным. По-своему, конечно. Далеко не в классическом стиле. Он – противоположность мужчинам, обычно назначающим мне свидание, – аккуратным бизнесменам с безупречными ногтями, уверенно карабкающимся вверх по корпоративной лестнице.

Сомневаюсь, чтобы этот охотник за головами наведывался на сайты знакомств. Если бы там появилась его фотография, то только с хамски выставленным средним пальцем…

На такого клюнула бы всякая правильная женщина – любительница риска, готовая мчаться по шоссе, взгромоздившись на заднее сиденье его мотоцикла и… дальше у меня тормозит фантазия.

Местом моего последнего свидания было, кстати, заведение под названием «Фабрика чизкейков».

Я не отдаю себе отчета, что очень хмуро гляжу на охотника за головами, пока он не приподнимает бровь.

– Вы бывали на «Фабрике чизкейков»? – выпаливаю я.

– Не понял.

– Так я и знала. – Я насильно возвращаю себя к приятным мыслям и жестом прошу Джуда сесть. Тот застрял между кухней и гостиной и, похоже, раздумывает, не вызвать ли полицию.

– Ну что, готовы поделиться первыми впечатлениями с места преступления?

Охотник ставит персиковое пиво на многострадальный кофейный столик и пальцем отодвигает оскорбительный напиток в сторону.

– Не готов, Дюймовочка. Не готов и не стану.