Хрустальные Маски

Вытащила из холодильника рыбу и почистила под проточной водой, чтобы чешуя не разлеталась по кухне, этому научила её домработница Майра, на конец недели она уехала к родственникам. Лорелей решила воспользоваться отсутствием Майры и провести вечер один на один с Джонни, как они вечеряли вдвоём, когда только начали жить вместе. Лорелей почистила картошку, мелко порезала и выложила на противень вместе с рыбой в надежде, что не превратиться в кашу и не сгорит.

Поставила противень в духовку, наскоро вымылась под душем, надела кружевные трусики и комбинацию, чулки на резинках, влезла в короткое синее платье со скошенным низом.

Собрала передние волосы на затылке и закрепила красивой заколкой. Наконец немого подкрасилась.

Заботливо накрыла стол, в середину поставила маленькую стеклянную вазочку с зажжённой свечой.

Время шло, Джонни словно испарился. Лорелей терпеливо ждала. Ужин остывал, свеча наполовину сгорела.

В восемь на мобильник пришла эсэмэска:

Не жди меня, поужинаю в ресторане с Итаном.

Она вздохнула: обычно Джонни уходил посидеть с Итаном после ужина, чтобы «не потерять друга», как он говорил, когда оправдывался, что идёт к Итану один.

Надеюсь, что сегодняшняя неожиданность не станет привычкой. Даже не подумал позвонить, чтобы зря не готовила, а он знал, как неохотно она встаёт к плите.

Делать нечего, придётся садиться за стол одной. Её охватило разочарование: хоть раз она вроде бы приготовила приличное блюдо, а Джонни нет, и похвалить её некому.

Тратить напрасно время и убирать со стола она не стала: сгребла остатки рыбы и картошки в пластмассовую коробочку, поставила в холодильник и пошла спать.

Лорелей страшно устала, надо выспаться ещё за предыдущую ночь, которую она прокорпела над делом Уолласа.

Наутро она увидела рядом в кровати храпевшего Джонни: он всегда храпел, если накануне вечером выпивал лишка. Странно, что она не услышала, как он зашёл.

Неизвестно в котором часу вернулся!

Лорелей взглянула на часы: половина десятого. Она откинула одеяло, Джонни что-то глухо проворчал и отвернулся от неё: по субботам он не работал и, если хотел, мог спать, сколько угодно.

Лорелей накинула толстый атласный халат, заколола волосы, сполоснула лицо и прошла на кухню. Этим утром она передвигалась еле-еле, будто не совсем проснулась. А ведь ночью отоспалась вволю, даже слишком. Чтобы окончательно проснуться, требовалась приличная чашка кофе.

Едва Лорелей наклонила кофеварку над чашкой, как ощутила, что за спиной кто-то стоит.