Демоны Джой

Нервы были на пределе, тело потряхивало так, словно я выжрала весь запас алкоголя в баре Зака и закинулась парочкой запрещенных препаратов, которыми торговали на Восьмой улице. Но наркотики для меня всегда были под запретом. Видеть, как твой друг умирает на твоих же руках от передоза…Такое не забудешь.

– Зад прижми и не ори! – рыкнул Ларри, поднимая глаза на меня. – Дерьмово выглядишь, кстати.

Капитан, мать его, очевидность! Я вспыхнула, едва не выругавшись вслух.

– Сейчас речь не обо мне. Что это значит? – я попыталась успокоиться, но голос все равно дрожал и готов был перейти на ультразвук, если Ларри не поспешит сейчас же объясниться.

Моя статья была снята. Вместо нее вышли заметки от других журналистов, а вот то, что могло произвести фурор, без моего ведома было удалено из финальной верстки.

Я взглянула на редактора, который тянул с ответом. И эта тишина меня порядком бесила. Ларри хмурился, крутил в своих крупных руках ручку и продолжал смотреть на меня.

– Почему? – жалобно пропищала, пряча лицо в ладонях.

Глаза все еще болели. Красные, с расширенными сосудами, слезящиеся.

Да, выглядела я дерьмово, и не хотелось, чтобы остальные решили, что я разревелась, как новичок, которого пнули хозяйским ботинком, указывая на его место. Хотя разреветься мне все же хотелось. Пожалуй, такая история приключилась со мной впервые. Ларри, черт бы его побрал, никогда за десять лет не снимал мои статьи. Правил, да, дополнял или наоборот что-то убирал, считая, что поступает верно, и ведь я верила ему и училась, пока не настал тот день, когда из любимчиков тебя резко отправляют отсиживаться на скамейку запасных.

Чертов перцовый баллончик!

Шмыгнув носом, я растерла мокрые следы по щекам.

Ларри выдохнул и нагнулся. Щелкнул выдвижной ящик его стола.

– Вытри слезы.

– Я не плачу! – шмыгнув носом еще раз, рыкнула в ответ.

– Тогда вытри сопли и успокойся.

– Сложно успокоиться, когда твою статью снимают.

Ларри покачал головой и сложил перед собой руки. Я взглянула на босса, надеясь, что за алой пеленой смогу рассмотреть хоть чуточку раскаяния, но лицо Ларри Хокинса было непроницаемым.

– Это Чейз, да?

Редактор пожал плечами.