Правда

 – Уильям поправил это на «выставку Чехлов для Мягких Стульев», от чего текст особенно не улучшился, и снова погрузился в чтение, ощущая себя покорителем джунглей, на которого из мирных зарослей в любой момент может выскочить какая угодно экзотическая тварь. Новость заканчивалась так:

«Однако всеобщее Настроение Омрачилось, когда голый мужчина, преследуемый по пятам представителями Стражи, вломился в Окно и пробежался по Комнате, создав немалый Беспорядок среди Ягодных Пирогов, прежде чем конец его Бесчинствам положили Кремовые Бисквиты.

– Что скажете? – чуть боязливо спросила Сахарисса.

– Ты знаешь, – с этакой отстраненностью в голосе ответил Уильям, – мне кажется, что лучше этой заметке уже просто не стать. Э… как по-твоему, что из случившегося на этой встрече было самым значимым?

Сахарисса в смятении вскинула руку к губам.

– Ох, да! Я забыла об этом написать! Госпожа Подлиза завоевала первое место за свои бисквитные коржи! А ведь она шесть лет была второй.

Уильям уставился в стену.

– Замечательно, – сказал он. – Я бы на твоем месте обязательно это вписал. А еще ты могла бы заглянуть в штаб Стражи в Сестричках Долли и разузнать о голом мужчине…

– Ни за что на свете! Приличные дамы со стражниками не общаются!

– Я имел в виду, разузнать, почему за ним гнались, разумеется.

– Но зачем?

Уильям попытался облечь смутную идею в слова.

– Люди захотят узнать, – сказал он.

– Но разве стражники не будут против моих вопросов?

– Ну, это же наши стражники. Не вижу, с чего им быть против. И, возможно, ты сумеешь отыскать еще несколько глубоких стариков и поговорить с ними о погоде? Кто у нас в городе самый старый житель?

– Не знаю. Полагаю, один из волшебников.

– Можешь сходить в Университет и спросить, бывало ли на его памяти когда-нибудь холоднее, чем сейчас?

– Это тут новости на листках печатают? – раздался в дверях голос.

Он принадлежал невысокому мужчине с сияющим красным лицом, одному из тех, кого природа наградила физиономией, на которой постоянно царило такое выражение, словно ее хозяин только что услышал крайне смачную шутку.

– Я тут морковку вырастил, – продолжил он, – и получилась она ну очень интересной формы. А? Что скажете, а? Смешно ведь, а? Я ее в паб отнес, так все чуть животики не надорвали! Там мне и сказали, что надо про нее написать в вашем листке!

Он продемонстрировал морковку.