Вещие сестрички

Госпожа Ветровоск гордо выпрямилась и властно простерла руку в сторону очага.

– Очень хорошо, за дело. – Затем высокомерно уставилась на старинные часы. – Голову ему с плеч! – приказала она и мрачно улыбнулась.

Внезапно матушка застыла. В ушах ее зазвенели крики, грохот лошадиных копыт, смертельный шепот стрел и влажное чавканье, с которым наконечник пики входит в плоть. Залпы один за другим эхом прокатывались в черепе. Меч рубил по щиту, или другому мечу, или кости. Годы пронеслись перед глазами за долю секунды.

Иногда она лежала среди мертвецов, иногда свисала с ветки дерева; но неизменно чьи-то руки поднимали ее и водружали обратно на бархатную подушку…

Госпожа Ветровоск очень осторожно сняла корону с головы – не без труда, вещь явно не желала покидать свое место – и положила на стол.

– Так вот что значит быть королем, – тихо заметила матушка. – И почему они все так этого жаждут?

– Сахару не желаете? – спросила из-за спины Маграт.

– Надо родиться глупцом, чтобы возмечтать стать королем.

– Простите, что?

Матушка обернулась.

– Не заметила, как ты вошла. Что ты сказала?

– Сахар в чай добавить?

– Да, три ложки, – поспешно попросила матушка.

Одной из немногих горестей в жизни госпожи Ветровоск было то, что, невзирая на все усилия, она достигла пика карьеры с лицом, похожим на румяное яблочко, и полным комплектом зубов. Никакие чары не могли заставить бородавку укорениться на ее симпатичной, пусть и немного вытянутой физиономии, а злоупотребление сахаром дарило лишь неиссякаемую энергию.

Колдун, к которому матушка обратилась за советом, объяснил, что виной всему ее метаболизм. По крайней мере, это позволило госпоже Ветровоск ощущать легкое превосходство над подругой, ибо та, похоже, этим самым метаболизмом не обладала вовсе.

Маграт послушно насыпала три полные ложки с горкой, с тоской размышляя, что было бы приятно, кабы время от времени ее хоть кто-нибудь догадывался благодарить.

Внезапно молодая ведьма ощутила на себе пристальный взгляд короны.

– Тоже это чувствуешь? – спросила матушка. – Я же говорила. Короны взывают к людям!

– Жуть какая.

– Нет, нет. Просто такова уж она есть, корона. Ничего не может с собой поделать.

– Но это магия!

– Такова уж корона, – повторила госпожа Ветровоск.

– Она пытается заставить меня ее примерить, – сказала Маграт, уже протягивая руку к вещи.

– Да.

– Но я должна быть стойкой.

– Я тоже так думаю, – заверила матушка с внезапно одеревеневшим лицом.