Посох и шляпа

Это то, к чему стремится каждый волшебник, символ организованной магии, остроконечная вершина профессии, воплощение…»

И так далее. Ринсвинду рассказали о шляпе в его первый день в Университете, и эти рассказы запали в его впечатлительную душу, как свинцовый груз в кисель. Ринсвинд редко в чем был уверен до конца, но он никогда не сомневался в важности шляпы аркканцлера. Видно, даже волшебники нуждаются в том, чтобы в их жизни была хоть чуточка волшебства.

«Ринсвинд», – позвала шляпа.

Он уставился на девушку.

– Она заговорила со мной!

– Голосом, который звучит прямо у тебя в голове?

– Да!

– Со мной она тоже так говорила.

– Но ей известно мое имя!

«Разумеется, глупец. Ведь мы, в конце концов, магическая шляпа».

Голос шляпы был не просто суконным. Он дробился и распадался, словно жуткое множество голосов говорили одновременно и почти в унисон.

Ринсвинд взял себя в руки.

– О великая и прекрасная шляпа, – напыщенно начал он, – повергни наземь сию глупую деву, которая имела наглость, нет, наха…

«Заткнись.

– Но она… – Ринсвинд заколебался, после чего пробормотал: – Она ведь женского рода.

«Твоя мать тоже была женского рода».

– Да, э-э, но она сбежала еще до моего рождения, – буркнул Ринсвинд.

«Из всех трактиров с дурной репутацией, которые имеются в этом городе, ты полезла именно в этот», – пожаловалась шляпа.

– Он был единственным волшебником, которого я смогла найти, – возразила девушка.

«Никогда не верь написанному. Но все равно, уже слишком поздно. У нас мало времени».

– Погодите, погодите, – поспешно перебил Ринсвинд. – Что происходит? Ты хотела, чтобы тебя украли? Почему у нас мало времени? – Он обвиняюще ткнул в шляпу пальцем: – И вообще, ты не можешь позволять, чтобы тебя просто так крали, тебе полагается пребывать на… на голове аркканцлера! Сегодня была церемония, мне следовало присутствовать…

«В Университете происходит нечто ужасное.

– Зачем?

В голосе шляпы, решил Ринсвинд, присутствовало нечто странное. Он звучал так, что не повиноваться ему было невозможно. Если бы этот голос приказал ему прыгнуть с обрыва, Ринсвинд успел бы пролететь полдороги, прежде чем ему пришло бы в голову, что можно было ослушаться.